— Я, правда, не знаю, почему сделал это. Возможно, из-за того, как ты боролась с Мэттом.

Даная включила дворники, когда начал накрапывать дождь. Она понимала, что не должна влезать в прошлое Келлана, но хотелось узнать о нем больше.

Вдруг, занервничав, она облизала губы, прежде чем полюбопытствовать.

— Ты упоминал о Хранителе истории. Что под этим ты подразумевал?

— Я был ответственен за всю историю Драконов, — ответил он, перехватив на окне стекающую каплю дождя. — Я вижу каждое рождение, каждый случай смерти, каждое возникающее разногласие и сражение. Всё это храниться в моей голове, я могу воспроизводить такие детали и события, свидетелем которых даже не был. Я знал членов каждого драконьего клана. Некоторым событиям свидетелем был я сам. Например, когда мы обнаружили, что женщина Ульрика предала его и начали охоту на неё.

Даная крепче схватилась за руль. До этого он скрывал эту часть повествования, но даже сейчас, она не была уверена, услышить ли она все?

— Ты занимал важное место?

— Мы все важны по-своему. Ульрик был не менее важен, чем я. Могло случиться так, что моя человеческая пара бы предала меня.

— Что случилось? — спросила она.

— Никто не говорил с ней, так что единственный, кто знает всю историю от начала и до конца — это Ульрик.

Даная, включив поворотник, последовала за указателями, ведущими на запад, в сторону Скай.

— Я думала, что ты записал эту историю.

— Не повседневную жизнь. А важные события, которые происходили.

— А кто-нибудь когда-нибудь спрашивал Ульрика о его женщине.

— Это не так-то легко. Когда мы узнали о предательстве, Кон собрал всех нас, чтобы разыскать и убить её.

— Что? — возмутилась Даная. — Вы убили, не проверив правдивы ли ваши обвинения, и, даже, не выслушав ее?

Откинув голову на спинку сидения, Келлан закрыл глаза.

— Мы видели как она, встретившись с группой охотников на Драконов, выдала им место расположения клана небольших Розовых Драконов, которые жили в скалах неподалеку. Эти драконы были не больше орлов. Они, все до одного, были убиты.

— Я рада, что вы остановили их, но зачем было убивать женщину? И был ли Ульрик с вами?

Челюсти Келлана сжались.

— Кон изгнал Ульрика.

— Это не очень-то благородно.

— Кон с Ульриком были очень близки, практически как братья, — сказал Келлан, а потом открыл глаза. — Он пытался защитить Ульрика.

— И как же это произошло?

— Когда Ульрик вернулся и обнаружил свою женщину, он… он пришёл в ярость. Никто из нас не мог успокоить его. Потом Кон рассказал ему, что произошло. Я никогда не забуду чувство предательства, осветившее тогда глаза Ульрика.

Сердце Данаи забилось, в ожидании продолжения истории.

— Что произошло потом?

— Я не знаю на кого Ульрик был зол больше на нас за убийство его женщины, или на людей, восставших против него. В конце концов, думаю, это уже не имело никакого значения. Он ополчился на людей, уничтожая целые деревни вместе со своими Серебряными Драконами.

— Из-за этого началась война?

— Это стало переломным моментом, — ответил Келлан. Потерев шею, он посмотрел в окно. — Иногда появляется такое чувство, что всё это происходит сейчас, будто я до сих пор участвую в этой войне.

Даная сбросила скорость «мерседеса», когда они подъехали к перекрестку. Повернув, она взглянула на Келлана.

— Как долго длилась эта война?

— Слишком долго.