Внезапно, тело Келлана дернулось, и он тотчас оказался на ногах. Даная услышала звук цепей и уловила отблеск света от звеньев.

Значит, они заковали Келлана. Почему он, а не она? Как будто ей нужно было спрашивать. Он был Королем Драконов. А она — не более, чем слабой смертной.

Даная должна привлечь его внимание и дать знать, что они не одни.

***

Келлан не мог сдерживать свою ярость, свой гнев. Темные посмели снова прийти за ним. И они забрали Данаю — ту, что была под его защитой, ту о которой он… беспокоился.

Он почувствовал, что-то на своих ногах и не глядя, инстинктивно, ударил.

Краем глаза увидел отлетающее тело. Только после того, как мужчина услышал тихий стон, так похожий на Данаин, он огляделся.

Темнота не была помехой глазам Короля Драконов, независимо от того, в какой форме он был. Гнев Келлана возрос — на этот раз на себя — когда он узнал Данаю.

Она, дотронувшись до челюсти, в том месте куда он ударил ее, посмотрела на него. Он хотел сказать ей, что все будет хорошо, но не мог. Ни тогда, когда Темные наблюдали за ними.

Келлан не хотел причинять ей вред, но, в конце концов, это может быть выгодным для нее. Если они не поверят, что он к ней безразличен, тогда могут использовать против него.

Это не значит, что она будет в безопасности от мерзких действий Темных. Единственный способ спасти их обоих, обернуться Драконом и улететь в Дреаган.

Он подумал о превращении, но ничего не произошло. Келлан повернулся и услышал звон цепей. Он замер, отказываясь верить каждой частичкой своей души в то, что знал, было правдой.

Келлан снова проверил левую руку, но не было никаких сомнений в наручниках на его запястьях и в тяжести и звуке цепей. Они использовали свою магию, чтобы блокировать его превращения.

Темные Фейри независимо от того, насколько была сильна их магия, не могли убить Короля Драконов. Так что же они приготовили для него? Использовать его как игрушку для секса? Темные женщины вскоре узнают, что он не поддастся их неиссякаемому сексуальному желанию.

Он бы не сделал этого и раньше, и, конечно, не теперь, не после ночи, проведенной в объятиях Данаи. Келлан боролся, чтобы не взглянуть на нее. Он знал, что причинил ей боль, когда ударил, и ненавидел себя за это.

Звук капающей просочившейся сквозь старые кирпичи и камни воды был непрерывным и раздражающим. Ему не нужно было спрашивать, где они были, он понимал, что Темные доставили их в Ирландию.

Для этого надо лишь пересечь Ирландское море, отделяющее их от Шотландии, правда есть и множество других способов, чтобы добраться до Ирландии. Каждый Король знал, что Фейри имеют многочисленные врата в их царство именно в этой стране, но никто из Королей так и не нашел хотя бы одни.

Это было неправдой. Все-таки существовал один Король, который решился навлечь на себя гнев обоих видов Фейри и собственных братьев, когда последовал за Ри.

Но не было времени думать об этом сейчас. Келлану нужно сосредоточиться на Темных, которые следили за ним и Данаей. Даже если он повернется к ней, все равно ничего не сможет сделать, пока закован.

Он заметил небольшую трещину, из которой исходил свет, и бежали по стенам потоки воды. Где-то был выход наружу. Келлану нужно всего лишь выяснить где он, освободиться от чертовых магических оков и увести Данаю, прежде чем они придут за ней.

Слишком ясно он вспомнил войны Фейри, когда Короли и Фейри воевали на Земле, чтобы предъявить на нее свои права. Сотни тысяч людей превратились в оболочки — живые, но без души — но к тому времени Темные были вынуждены уйти.

Мысль, что Даная может стать одной из таких оболочек, что блеск навсегда покинет ее глаза цвета виски, исчезнет в никуда ее остроумие, улыбка… ее страсть, заставили его испытать ярость, бессмысленную в данной ситуации.

Имея тысячелетнюю практику, Келлан подавил свою ярость и повернулся туда, где стояли Темные Фейри, наблюдавшие за ними.