В наши дни люди живут в космосе. Допустим, им захотелось ринуться в межзвездную бездну, как бы они туда полетели? На маленькой ракете? Нет, они предпочли бы путешествовать с комфортом, целым сообществом. Они снарядили бы в путь настоящее цилиндровое поселение, снабдив его реактивным двигателем или чем-то в этом роде, и отправились бы к ближайшей звезде, зная, что пока до нее доберешься, сменится не одно поколение.

Два века, проведенные в космосе, - и люди стали бы совсем другими. Куда бы они направились, долетев до звезды? К планетам? Да, конечно, но только на разведку. А жить... Никто из людей, выросших при незначительном ускорении и привыкших к свободе, которую предоставляет цилиндровый мир, не захочет привыкать к земному тяготению. Да и неведомо, как это сделать.

Пришельцы вряд ли устроены по-другому. Вероятно, это космические скитальцы, умеющие жить в безвоздушном пространстве и использовать солнечную энергию. Им, естественно, нужно сырье. Но летать к планетам и добывать его там - далеко не самый дешевый способ. Нет, легче раздобыть сырье на астероидах, в противном случае обитателям Пояса никогда не удалось бы заработать ни цента. Стало быть, если пришельцы давным-давно попали в нашу Солнечную систему, то скорее всего они продолжают жить космическими колониями. Разумеется, они обследовали некоторые планеты. Но жить им захочется там, где удобнее.

Я долго обдумывал свою мысль. Времени в запасе было предостаточно, ведь я выжидал, маневрируя от астероида к астероиду. Вывод мне не понравился, но против фактов не попрешь. Огромный семикилометровый цилиндр, сидевший у меня на "хвосте", сделали не люди. Я нутром это почуял, едва его увидел. Никто из людей не в состоянии соорудить подобную громадину и утаить ее. Цилиндр не издавал радиосигналов, но корабли, передвигающие эту махину, обязаны выходить на связь. И кто-нибудь непременно их засек бы.

Так что теперь я знал, кто за мной гонится. Но мне от этого было не легче.

Я решил спрятаться за скалой, заякорившись на ее солнечной стороне. Мне нужно было поспать, да и жечь топливо не хотелось - можно было легко себя обнаружить. Лучше на некоторое время затаиться. Я торчал там пять часов, мне удалось подремать. А когда проснулся, цилиндра не было. Вероятно, они прекратили погоню. Я был измучен, глаза у меня слезились, словно в них попал песок. Но я не хотел признаваться самому себе, что теперь-то перепугался не на шутку. Обитатели Пояса, лазеры - это еще куда ни шло. Но то, что я узнал, было чересчур.

Я позавтракал и отсоединил "Сниффер" от астероида, к которому прицепился. Горло у меня болело, нервы были натянуты до предела. Я отлетел подальше от скалы и огляделся. Пусто.

Включил двигатель. "Сниффер" заскрипел и застонал. Обшивка заскрежетала. Запахло раскаленным металлом. Все это время я был в скафандре и поэтому не наглотался гадости. Когда "Сниффер" покинул убежище, я рванул на всю катушку.

Мой преследователь появился неизвестно откуда.

Всего минуту на экране было пусто, а потом возникла точка, которая мчалась прямо на нас. Затаиться где-то противник не мог, поблизости не летали астероиды, которые служили бы ему прикрытием. А это означало, что он способен поглощать излучение локатора, по крайней мере, в течение нескольких минут. То есть пришельцы могли становиться невидимыми.

Штуковина угрожающе замаячила в темноте. Она была желто-синяя, яркая и контрастная. Я повернулся в кресле, желая разглядеть ее получше. Я воззрился на эту махину, и по телу пробежал странный холодок. Она была древней.

На желто-синей обшивке во многих местах виднелись метеоритные вмятины. Сама поверхность сверкала, словно скала, внутри которой бьется призрачный огонь. Но ни входа, ни шлюзов, ни антенн видно не было.

Штуковина росла на глазах, подбираясь ко мне все ближе.