Калофис с яростью гладиатора отражал атаки нападавших со всех сторон психнойенов. Но чудовищам, казалось, не было конца, и все новые и новые враги с яростными криками бросались на воина.

— Чтоб вы все сгорели! — орал Калофис.

Он истреблял тварей кинжалами пламени, огненными зарядами и волнами раскаленного воздуха. Камилла, несмотря на сильный испуг, отметила крайнее напряжение в его голосе. Сила Пиррида была феноменальной, но столь же огромной была и цена.

При каждом проявлении его сверхъестественных способностей ярость психнойенов удваивалась.

Камилла попыталась вспомнить все, что Лемюэль рассказывал о психнойенах, но, кроме того, что они размножались, откладывая яйца в живых людей, ничего не приходило в голову. Внезапно в памяти всплыла еще одна особенность чудовищ, и, несмотря на жару, Камилла ощутила внезапный холод.

— Это твои силы! — заорала она. — Их привлекают твои силы! Они сводят их с ума! Ты должен отказаться от них!

Калофис огненным мечом, появившимся из правого кулака, смёл на лету десяток чудовищ и, воспользовавшись мгновенной передышкой, оглянулся на Камиллу. Его лицо блестело от пота, а в воспалившихся глазах читалась усталость.

— Только благодаря этим силам мы еще живы! — крикнул он и взмахнул мечом, истребив еще трех психнойенов.

— Если ты не прекратишь ими пользоваться, мы наверняка погибнем!

На остатки разбитой стены опустился психнойен с раздувшейся грудью, из которой сочилась жидкость. Выпустив из брюшка жало, он бросился на Калофиса, и Камилла закричала:

— Сзади!

Калофис, припав на одно колено, испепелил насекомое взглядом. На его месте тотчас появилось несколько сородичей с высунутыми зазубренными жалами. Даже если брать в расчет кладку, такое оружие способно убить человека еще до того, как он превратится в живой инкубатор.

Астартес недовольно фыркнул, но меч в его руке исчез. Сдернув с плеча болтер, Калофис передернул затвор и послал три заряда в группу психнойенов.

— Быстро к лестнице! — крикнул он, стреляя на бегу. — Если доберемся до диск-спидера, будем в безопасности.

Защитный кокон исчез, и Камилла, кивнув, постаралась не отставать.

Весь пол был в огне, и по пути попадались лужицы расплавленного металла и останки обгоревших тварей. Дым сразу же проник в легкие, и Камилла отчаянно закашлялась, слабея от недостатка кислорода. Объятый пламенем психнойен врезался в Калофиса. Астартес отбросил его одним ударом, но при этом покачнулся, приостановив стрельбу.

Три психнойена сразу же бросились на него и попытались вонзить свои жала. Два жала сломались о броню, но третье угодило в обмотку кабеля на поясе и проникло внутрь. Калофис взревел и сокрушительным ударом кулака отбросил чудовище. Затем загрохотал болтер, и психнойен разлетелся в клочья.

Калофис ловким движением сменил обойму болтера и новой очередью истребил очередную группу налетевших врагов. Пожар охватил уже все здание, металлические балки начали плавиться от невероятного жара, и Камилла ощутила, как закачался под ногами пол. Треск огня и лопающихся опор почти заглушил гудение крыльев.

— Лестница! — закричала она.

Спуск тоже был весь в огне, металлическая конструкция раскалилась докрасна и начала плавиться. Выхода не осталось.

Все это Калофис увидел одновременно с Камиллой и только покачал головой, словно досадуя на ее хрупкость.

— Держись! — крикнул он, закинул за спину болтер и перебросил женщину через плечо.

Психнойены тотчас ринулись в атаку, но Калофис уже сорвался с места. Головой вперед, словно живой таран, он пробежал сквозь пламя. Психнойены не отставали. Некоторые пытались расколоть его броню, другие — проткнуть ее жалом.