Он ощущал, как Великий Океан наращивает давление, пытаясь прорвать барьер его самоконтроля. Откуда-то снизу поступала энергия, но то, что он чувствовал, было лишь незначительной ее струйкой, которая грозила превратиться в ручеек, а потом и в стремительный поток. Дамба дала трещину, и безжалостная стихия скоро разрушит ее окончательно.

Ариману очень хотелось попробовать эту силу на вкус, ощутить, как она потечет сквозь его тело, но, выполняя приказ Магнуса, он держал свой разум закрытым и даже старался не смотреть в сторону гигантских статуй.

— Что с ними происходит? — спросил он.

Магнус взглянул на него сверху вниз.

— Что-то дурное, Азек, — ответил он. — Я опасаюсь, что мое пребывание в этом мире ускорило процесс. Баланс нарушен, и мне придется его восстанавливать.

Ятири и его старейшины, поспевавшие за Астартес, несмотря на преклонный возраст, тоже заглянули в долину.

— Дайестай! — вскрикнул вождь, сжимая древко фаларики побелевшими от напряжения пальцами. — Они возвращаются!

— Именем Волчьего Глаза, о чем он бормочет? — потребовал объяснений Скарссен, подходя ближе вместе с Охтхере Судьбостроителем. — Что это за статуи?

Магнус перевел взгляд на Космических Волков, и Ариман понял, насколько его примарха раздражает их присутствие. То, что предстояло сделать, лучше было бы скрыть от посторонних глаз.

Ятири повернулся к Магнусу:

— Они требуют мертвецов. Мы должны исполнить их желание.

— Нет, — возразил Магнус. — Все что угодно, только не это.

Ятири тряхнул головой, и Ариман увидел, насколько он разгневан.

— Это наш мир, — сказал вождь агхору. — И нам самим предстоит спасать его от дайестай, а не тебе.

Воин в зеркальной маске отвернулся от примарха и повел своих соплеменников в долину, держа путь к стоявшему перед входом в пещеру алтарю.

— Лорд Магнус, — не унимался Скарссен, — о чем это он говорил?

— Всего лишь суеверие, лорд Скарссен, — ответил Магнус. — И ничего больше.

— На вид это гораздо больше, чем просто суеверие, — заметил Скарссен и крепко прижал болтер к груди. — Лорд Магнус, примарх Тысячи Сынов, скажи прямо, что происходит?

— Хель! — воскликнул Охтхере Судьбостроитель, со страхом и восхищением глядя на титанические конструкции. — Отец Кракен, хранитель глубин!

— Так вот что мешает тебе присоединиться к Королю Волков?! — крикнул Скарссен. — Ты связался с колдунами!

Магнус резко развернулся.

— Ты что, плохо усвоил урок, щенок? — грозно вопросил он.

Скарссен вздрогнул от гневного окрика, и Ариман увидел, как ярость примарха расходится по поверхности, словно ударная волна после взрыва. Тем временем Ятири и его соплеменники спустились в долину, окружили алтарь и затянули молитвы несуществующим божествам. Агхору разбились на пары и встали лицом друг к другу. Вдруг Ятири поднял свою фаларику, и Ариман понял, что произойдет дальше, всего за мгновение до того, как стало слишком поздно.

— Нет! — крикнул Магнус, проследивший за взглядом Аримана. — Остановитесь!

Ятири развернулся к стоявшему напротив него соплеменнику и пронзил его грудь лезвием фаларики. Старейшины поспешно обступили их — и жертву, и убийцу. Сверкнули клинки, лезвия ударили в плоть и кости. Кровь пролилась.

Ариман так никогда и не узнал, была ли истинной причиной смерть агхору, или кровь, залившая алтарь, или какой-то другой фактор, но в тот момент, когда убитый упал, накопленная в долине энергия вырвалась на волю приливной волной.

Сдерживавшая ее дамба уже не могла остановить ее течение.

Раздался оглушительный треск, заскрежетали камни, и стражи долины пришли в движение.