— Вот и я об этом подумал, Серый. Жизнь важнее, поэтому я акк удалил.

— Да ладно?

— Ага, оно мне нахрен теперь все? Я же Антханта, ты знаешь, сколько качал.

— Знаю, Антоха. Вот прямо взял и удалил?

Я кивнул, жуя соленый огурец, и вздохнул.

Серега только покачал головой:

— Да уж. А что делать будешь?

— А фиг знает.

— Девку тебе надо, Антоха, — начал было Лаккер и осекся.

Я стиснул зубы, взывая к своему хладнокровию. Это он зря этот разговор начал, я почувствовал, как разгорается внутри пламя, подогретое алкоголем. Сжав кулаки под столом, я стал твердить сам себе, что сейчас не лучшее время выяснять отношения. Тем более, это уже давняя история.

Антоха, ты пришел за записями. С Каролиной у тебя уже почти два года как ничего нет. Разберемся с этим потом.

Я подумал о Мираж. Не о персонаже с кинжалом, а о той девушке в кремовых штанах и синей футболке. Разжал кулаки — чуть отлегло.

— Ты прав, Серый. Но где ее найти…

— Ага, это надо задницу из дома вытащить.

— Ну, мне вирт кокнули, так что…

— Охренеть! — вырвалось у Сереги, — Вот уроды.

И он, поджав губы, стал наливать по второй. Я смотрел, сколько он льет, и понял, что это последняя. За следующей рюмкой весь мой план пойдет к чертям, да еще все может закончиться дракой.

А сломанные герои не дерутся. Сломанные герои утирают слезы, размазывают сопли, и отправляются в свое логово заливать горе.

— Серега, а я ведь реально читерил тогда, — вдруг вырвалось у меня. Язык сообразил быстрее мозга, и пошел отрабатывать легенду.

Лаккер вытаращил глаза, смотрел на меня так несколько секунд, а потом все-таки спросил:

— Что, прямо реально?

— Ну, да, — я продолжал бессовестно врать, мысленно удивляясь, как легко Серега в это поверил, — Я хотел команде помочь, мы же не тянули уровень. Правильно ты тогда говорил!

Лаккер натянуто кивнул и осторожно сказал:

— Да, говорил. А ты уверен? Ты ведь все доказывал, что не читерил, столько нам втирал про это. Что изменилось-то?

Я снова сжал кулаки под столом. Блин, а еще друган! Мне вдруг стало невмоготу находиться в этом доме, и, чуть прикрыв глаза, я вспомнил, как врезал Сереге во дворе. Снова стало полегче.

И, к своему счастью, я все-таки вовремя понял, почему так подозрительно смотрит на меня Серега. Не поверил. Чует, что я играю. Блин, надо срочно менять тактику, нельзя давать ему думать.

— Да шучу я!

Лаккер с деланным облегчением выдохнул:

— Фух, а я думал, ты умом тронулся.

— Да хрен там, — отмахнулся я, лихорадочно пытаясь что-то придумать, развить дальше новую легенду. Главное, это не должно противоречить моему характеру, иначе Серый не поверит, ведь он знает меня как облупленного.

Мы выпили, я поскорее стал запивать, а Лаккер продолжил как ни в чем не бывало:

— Мы ведь реально никто были на тех соревнованиях, помнишь? Задроты обычные приехали тягаться с профи. Я же говорил, что не вывезем.

Да, я не думал, что будет так тяжко добыть записи. Каждая фраза бывшего друга била точно в цель, и хотелось ударить в ответ.

Какой нахрен «не вывезем»? Вышли из подгруппы и прошли полуфинал. Мы даже не бились с этими Мстителями в финале, он заняли поганое четвертое место, твои сраные профи. А нам светила поездка в Европу.

Меня чуть затрясло, и я прикрыл глаза. Алкоголь чуть глушил по ушам, отдаляя голос Лаккера. Он и дальше заливал, что нам надо было больше тренироваться, что надо было найти опытных продвиженцев.