За его спиной чуть в отдалении стоял еще один человек, намного моложе. Русоволосый, простенько одетый в бежевую куртку, обычные джинсы — он стоял, небрежно сцепив руки впереди, но внимательно глядел по сторонам.

Нашу машину и этих людей от всего двора удачно скрывала грузовая газель, так что, если что случится, свидетелей явно будет мало.

— Это кто? — только и спросил я, не отрывая глаз от неожиданного прохожего.

— Не знаю! — Марина подхватилась, оттолкнувшись обратно к себе на сиденье.

Она сразу стукнула по кнопке, блокирующей двери, и судорожно заметалась, ища ключ зажигания под рулем, но снова раздался стук в окно. Неприятный звук удара металла о стекло. Мы в панике повернулись — человек с сединой стучал удостоверением в обложке с медными уголками. Затем он отвернул ворот расстегнутой куртки и, показав нам торчащую из-под мышки рукоятку пистолета, покачал головой.

— Ага, так прямо и разбежалась! — выпалила Марина.

Сзади раздался шорох тормозов. Обернувшись, я увидел, что наш внедорожник заблокировал черный микроавтобус. Его боковая дверца отъехала в сторону, но что там, в салоне, я не увидел. Когда наружу высунулся омоновец в полном обмундировании с автоматом наперевес, у меня глаза полезли на лоб.

Правда, как только он спрыгнул на асфальт, то сразу замер, посмотрев на человека перед моим окном. Из автобуса показался еще один омоновец, но задержался на ступеньке. Я повернулся к окну — седовласый прижал одну руку к уху, что-то слушая, а другую требовательно поднял, остановив группу захвата.

— Блин! — Марина вернула руки на руль и в панике стала смотреть вниз, ища глазами пистолет, — Где он?

— Ты с ума сошла?!? — только и выкрикнул я, схватив ее за руку, — Сиди ровно!

— Антон! — упавшим голосом сказала девушка, и перехватила второй рукой мою ладонь, беспомощно глядя мне в глаза.

Мне и самому было страшно. Пипец, как страшно, но рядом сидела Марина, и кому-то из нас требовалось оставаться смелым.

Сзади хлопнула дверца — это вооруженные люди скрылись обратно в фургоне, а затем он тихо стронулся и исчез. Седовласый же потянул ручку моей дверцы, затем снова постучал корочкой и показал опустить стекло.

— Что происходит? — спросила Марина.

— Не знаю, — ответил я и нажал кнопку стеклоподъемника.

— Антон… — только и сказала Марина, глядя на мой палец на кнопке.

— Здравствуйте, молодые люди, — донесся густой баритон. Судя по ноткам голоса, этот человек в жизни повидал много, и умел прогибать ситуацию под себя.

Мы смотрели на него, не отрываясь, и я, кое-как разлепив губы, выдавил из себя:

— Здрасте.

— Откройте двери.

Я посмотрел на Марину, она замотала головой, в ее взгляде читался целый букет эмоций. Мы так и не отрывали рук друг от друга.

— Давайте сделаем так, чтобы все было по-хорошему, — без улыбки сказал седовласый и показал на свое ухо, где виднелся микронаушник, — Мне успели позвонить, и для вас это уже просто замечательно.

— Кто позвонил?

Обладатель корочки проигнорировал мой вопрос, обернулся и махнул головой молчаливому напарнику. Молодой человек кивнул и неспешной походкой пошел куда-то во двор.

— Так, нам не будут мешать, давить на вас не будем, — седовласый довольно мило улыбнулся, — Откройте, надо поговорить с глазу на глаз.