Очнулся на рассвете следующего дня. Состояние уже более-менее приличное. Я лежал на дне повозки, которая находилась в движении, и слышал голоса. Некоторые даже узнал и, заставив себя приподнять туловище, прислонился к покачивающемуся борту и окликнул Нунца Эхарта, которому поручил вместо себя командовать армией, пока я сражался с элитными воинами покойного бога-наемника.

Эхарт, старый товарищ, с которым мы познакомились в военном лицее «Крестич», был на коне. Он меня услышал, приблизился и пристроился рядом с повозкой. Сканировать его эмоции я пока не мог, но по спокойному лицу сделал вывод, что ничего ужасного, за то время, что я провел в грезах, не произошло.

– Докладывай, – сказал я.

Нунц кивнул и начал:

– Я принял командование армией. Орков держали и перемалывали, а наши чародеи продолжали бомбардировку вражеских тылов. Что было возле храма Улле Ракойны, не видел. Когда в святилище все стихло, и оно обрушилось, орки снова поднажали. Эльфы не выдержали, и пришлось вводить в бой Северную бригаду. Линию обороны снова выровняли и даже стали теснить орков. Но появились драконы. Уркварт, я такого в страшном сне представить не мог. Пятерка крылатых монстров летит над нами и плюется даже не огнем, как в легендах, а какой-то агрессивной кислотой. Пришлось поднимать на станки стрелометы и использовать магические боеприпасы. Так же перенацелил на отражение воздушной угрозы наших чародеев. Они подранили одного дракона, и монстры улетели. Но боевые порядки уже были расстроены, и я принял решение отступить. Прикрыл отход бригадой «Ройхо» и кавалерийскими частями. Сейчас мы на Северо-Восточном тракте.

– Потери?

– До десяти тысяч убитыми и четыре тысячи раненых. Основные потери пришлись на эльфов.

– Почему раненых меньше, чем убитых, если обычно все наоборот?

– Из-за кислоты, которой плевались драконы. Даже ее испарения оказались смертельными. Если бы не эти крылатые твари, убитых было бы не более трех тысяч, да и те в большинстве эльфы.

– Ясно. Приказы из столицы поступали?

– Да. Со мной говорил лично император, и он приказал занять оборону перед городом Шайдар, ждать подхода подкреплений и беречь телепорт.

– А что с теми, кто выжил после боя возле храма Улле Ракойны?

– Наверное, они уже в Шайдаре. Твой брат Айнур и Алай Грач собрали всех, кто уцелел, погрузили своих раненых в фургоны и уехали. Что обидно, Уркварт, ни слова мне не сказали, все сделали молча.

– А что противник?

– Потери в войске орков больше наших в несколько раз, так что они зализывают раны. Сначала пытались нас преследовать, но пару раз хорошо выхватили и отстали. А потом у них в тылах какая-то суета началась, кто-то на них напал, и они вовсе остановились. Сейчас между нами почти десять миль.

– Вандиль в порядке?

– Да. Он с нашими чародеями.

– Есть еще что-то, о чем я должен знать прямо сейчас?

– К тебе Яна Ойкерен рвется, спрашивает, что делать с хромым коротышкой, которого северяне возле храма спеленали.

– Это не срочно, – поморщился я.

– Тогда все, – усмехнулся он.

Снова накатила слабость и, уже не имея сил разговаривать, я только кивнул Эхарту, закрыл глаза и сразу заснул.