И ГУЛ решил все же доконать Дарофеева. Теперь он не посылал к нему людей со своими штуковинами. Достаточно было выйти на главаря любой группы бандитов, как тот послал своих ребят вернуть украденную Дарофеевым медсестру. Расчет здесь был с двойной хитростью. Если бы это удалось, москвич бросился бы спасать девицу. А это привело бы его опять в Хумск, и уж тогда возврата бы не было. Если же Дарофеев бы не поехал за ней, ГУЛу бы стало ясно, что те сексуальные чувства, которые он привил этой девушке, не нашли отклика в московском экстрасенсе и пришлось бы срочно изобретать новые методы воздействия.

Однако, то что случилось, подтвердило догадки ГУЛа.

Дарофеев спас девицу, несмотря на то, что его должны были задержать. И у ГУЛа появился давно заготовленный козырь. Но пока пускать его в ход было рано. Надо было продолжать попытки сломить экстрасенса.

Тот очень хитро закрылся от наблюдения. Но ГУЛ помнил, где находится его квартира и, следовательно, можно было действовать.

– 2 

Хотя нанесшие визит Дарофееву бандиты и не были запрограммированы ГУЛом, не было никаких сомнений, что приказ им отдал кто то программой обладающий. С этим пора было кончать, и Пономарь решился, наконец, на активное противодействие ГУЛу. Следовало максимально ограничить того в действиях.

Отослав Розу Свету, Игорь Сергеевич закрылся в спальне и начал медитацию.

Первое, что требовалось сделать – это лишить хумчанина его защиты. И целитель в тонком информационном теле отправился в Хумск. Там все было как обычно. Купол невидимости стоял на месте. НИИЭБ тоже никуда не исчез. Состояние “Жалюзи”, в отличие от “Черной дыры” позволяло производить энергетическую работу. Этим и воспользовался Игорь Сергеевич. Проникнув под Купол, он даже не дал себе труда стать невидимым, сразу направившись к одному из энергетических самоубийц, поддерживающих Купол своей энергией. Тот элементарно локализовался по мощному столбу голубоватого излучения.

Квартира, куда попал Пономарь, поражала своей запущенностью. Ее хозяин, сутки напролет лежащий на своей кровати, был тощ, бледен и, Дарофеев не знал этого наверняка, но догадывался по обилию мух, невероятно грязен и вонюч. Его программа сияла. Через ее волокна проходило невероятное количество энергии.

Основной стержень конструкции оказался на месте и Игорь Сергеевич без труда перерубил его. Мужчина тут же открыл глаза. Вялым движением смахнул мух, облюбовавших его лицо в качестве посадочной площадки, с трудом встал. Из его брюк на ноги полилась вязкая коричневая масса.

Целитель не стал дожидаться конца сцены, отправившись дальше. Лишь по внезапному изменению полета Пономарь понял, что на него кто то воздействует. Но эти удары не причиняли никакого вреда и Дарофеев, прицепившись лучом манипуры к ближайшему дому, продолжил путешествие.

Атаки, если судить по болтанке, все усиливались. Не обращая на них внимания, Игорь Сергеевич достиг следующего “держателя неба”. Тот не был так изможден, как предыдущий. Избавив его от программы, Пономарь отправился к следующему, попутно отмечая, что купол над его головой уже начал терять стабильность, покрылся пятнами и полосами, в которые просвечивало обычное энергетическое излучение небес.

Исцелив всех, а для этого пришлось совершить шестнадцать визитов, принудительных энергетиков, целитель готов был умыть руки, как внезапно обнаружил еще один столб излучения. Ринувшись туда, Игорь Сергеевич увидел, молодого парня, на которого буквально несколько минут назад села программа. Изничтожив ее, Дарофеев увидел еще два столба. ГУЛ, заметив беспорядок в своей вотчине, решительно поправлял дело. Пономарь понял, что сколько бы он не снимал программы, хумский гений все равно тут же будет навешивать новые.