Вчера вечером Игорь Сергеевич созвонился с братом и Сергеем Владимировичем. Он оставил им свой новый адрес и предупредил, чтобы они и их команды были готовы выступить в любой момент. Изотов с Константином выразили полную готовность и недоумение столь длительной задержкой. Целитель не стал им сообщать о своих проблемах, и, не вдаваясь в детали, сказал, что так было надо. Ему поверили. Около одиннадцати утра пришел сияющий Илья Поддубный. Журналист сообщил то, что и так было понятно. Огромное количество народа посмотрели дарофеевское выступление. Марк немного обманул целителя. В то время, когда интервью Пономаря дали в эфир, должен был идти мультипликационный сериал. У экранов собрались детишки с родителями, многие даже записали интервью Игоря Сергеевича на видео, вместо мультика.

В результате все посмотревшие разделились на два лагеря. Одни хотели чтобы правительство немедленно разобралось с ситуацией в Хумске, другие же приветствовали мир без преступности. Чем это чревато, какими будут дополнительные условия очистки населения от воров, убийц и взяточников, им не приходило в голову, хотя Дарофеев ясно об этом сказал. Марк Миндасов, по сведениям Ильи, теперь ходил в героях. Увольнять его никто не собирался, напротив, телевизионщик заручился поддержкой редакции 61 го канала о серии репортажей из Хумска.

А еще через минуту выяснилось, что сам Поддубный уже устроился на новую работу и первым его заданием было взять развернутое интервью у Игоря Сергеевича.

Дарофеев против ничего не имел, и посыпались вопросы. Целителю пришлось рассказывать о своем детстве, о том, как он, не зная урока, проносил карандаш учителя мимо своей строчки в классном журнале. Как за два дня осилили освоил книжку по аутотренингу, рассчитанную на несколько лет занятий. Про свои отношения с родителями, про то, как стал сперва просто экстрасенсом, а потом и народным целителем. Запас кассет у Ильи, казалось, был неисчерпаем. К концу третьего часа непрерывного трепа, во рту у Пономаря пересохло и он, заявив, что на сегодня хватит, пригласил Поддубного отобедать с ними. Роза Света, уже оправившаяся от вчерашнего потрясения, вдруг резко охладела к целителю и теперь тратила женское обаяние на молодого газетчика. Дарофеев не мешал, поняв, что вся ее “любовь” была всего навсего провокацией программы.

– 2 

Репнев появился неожиданно, без звонка.

Мафиози почему то нервничал. Он сделал разнос Рубленому за недостаточную защиту Дарофеева, так что Игорю Сергеевичу пришлось даже вступиться за своего телохранителя.

– В чем дело? – Напрямую спросил целитель у Репнева. – Ты чего такой, словно с цепи сорвался?

– С цепи? – Грозно проговорил Николай Андреевич. – Это я тебя должен спросить, зачем ты это сделал?

– Да что?!

– На хрена ты в телевизор залез?

– Но надо же было предупредить... – Внезапно почувствовав себя виноватым неизвестно в чем, пробормотал Дарофеев.

– Предупредить... – Передразнил мафиози, – Головой думать надо, блин! Головой!

– Так в чем дело, скажи ты толком! – Рявкнул вдруг Игорь Сергеевич так, что Корень невольно поежился.

– А в том, что у нас настоящий бунт. Люди отказываются работать. Говорят, что толку, придет хумчанин и всех повяжут. Вот что ты натворил! Борец с преступностью!.. – Презрительно выплюнул в лицо Пономарю Николай Андреевич.

Дарофеев задумчиво почесал подбородок:

– Да, кажется, я всех напугал слишком сильно...

– Да не то слово!.. – Репнев с размаху сел в одно из кресел. – До смерти ты всех обстремал! Никто не знает, что и делать. Сразу идти ментам сдаваться, или можно до завтра подождать.

– Но ведь мы как раз и собираемся устранить эту опасность.