– Лучше я просто ее пропасу... – Предложил Николай Андреевич. – Отслежу, значит...

– Воля твоя... – Развел руками целитель. – Как удобнее... Удовлетворенный таким поворотом, вроде и подчинился, но и свое внес, Корень стал собираться и вскоре ушел. Дарофеев же вновь погрузился в медитационное состояние. Сейчас он использовал ту же методику, которая помогла ему проникнуть сквозь барьер над Хумском. Сейчас, после такого провала, его вряд ли ждут. И этим Пономарь решил воспользоваться сполна. Кроме того, засечь его теперь будет просто невозможно, разве что ГУЛ обладает какими то совершенно немыслимыми способностями.

Да и продублировать работу Корня не помешает...

И опять Дарофеев перенесся к Изотову, теперь уже в сверхтонком информационном теле. И сразу увидел, что над Сергеем Владимировичем уже поработали. На его биоэнергетическую оболочку оказалась наложена структура, которая не просто покрывала голову и спину, но и пронизывала все тело майора. Такого целитель еще не видел.

Пришлось потратить несколько минут на ее детальное разглядывание. Принципом действия эта программа почти не отличалась от тех образцов, с которыми Дарофеев уже имел дело. Но эта конструкция, как понял Игорь Сергеевич, не только изменяла личность, но и высвобождала скрытые резервы организма Изотова, делая его почти таким же энергетическим монстром, как и те, кого ГУЛ называл своими помощниками. Особая петля шла на аджну, “третий глаз”, майора. Это тоже было нововведением. Целитель проследил ход этой силовой линии и обнаружил интереснейшую вещь. Оказалось, что этой петлей регулируется воля майора. И не просто регулируется, а повергает его в полное подчинение тому, с кем он первым заговорит. А до этого момента, момента пробуждения, Сергей Владимирович был пока свободен.

Такой удачей нельзя было не воспользоваться.

Пономарь еще раз посмотрел на Изотова. Тот блаженно сопел, не обращая внимания на смирительную рубашку и ремни. Видно было, что майор находится под воздействием какого то снотворного. Игорь Сергеевич настроился на кровь фээсбэшника и сразу нашел там растворенный в ней барбитурат . Бороться с действием этого препарата Дарофеев умел. Он несколько раз откачивал самоубийц, принявших лошадиные дозы этого снадобья. Здесь же порция была гораздо меньше, и Пономарь, проанализировав состояние майора, вычислил, что спать тот будет до позднего вечера. Игорь Сергеевич не сомневался, что за минуту разбудит майора, но для того, чтобы поговорить с ним, надо было находиться в плотном теле. А при визите в таком виде этой минуты могло и не быть.

Памятуя о гипнотической атаке, теперь целитель хотел найти того, кто доставил ему эту неприятность и, по возможности, нейтрализовать его.

Дарофеев прошел сквозь дверь и оказался в ярко освещенном коридоре. По потолку шли два ряда люминесцентных ламп, под ними сверкали хромом стойки капельниц, стеклянные столики на колесах, стояло новенькое кресло каталка. Обстановка была как в хорошей больнице. Поскольку, проанализировав суггестивное нападение, Пономарь четко выделил во внушении спектр личности гипнотизера, то теперь он шел четко по пеленгу этого излучения. Коридор вывел его к стеклянной двери одной из палат. За ней и находился тот, кто доставил Игорю Сергеевичу несколько неприятных минут.

Пролетев сквозь стену, целитель оказался в уже знакомом помещении. Именно здесь, перед этими людьми Роза и занималась самовозбуждением, подпитывая находящихся в палате своей сексуальной энергией.

Сейчас, когда Игорь Сергеевич уже почти досконально разобрался в механизме действия энергетических программ, выявил их слабые места, он мог, не затрагивая все тело программы, перерезать несколько входящих в нее нитей, и слаженная работа структуры была бы нарушена.