|
Иди и выспись. — А что собираешься делать ты? — Нанесу пару визитов вежливости. Обещаю, не будет ничего опасного. — Это я уже слышал раньше, — сказал Джосс, и обнаружил, что у него нет никаких сил спорить. Он почувствовал смертельную усталость. Махнув рукой, Джосс молча встал и отправился в свою комнату, свистнул двери, чтобы она закрылась, и мгновенно заснул. 29 Несколько часов спустя его разбудил писк телефона. Джосс открыл глаза, посмотрел на хронометр и увидел, что все равно уже подошло время вставать. Он тихонько выругался и ответил: — О'Баннион слушает. — Пора вставать, — послышался голос Ивена. — Уже встаю, — он сел в кровати и потер глаза. — Мне же опять идти в ночную смену. — Уже не надо. — Что? — Лучше поторопись сюда. Четырнадцатый остров. Это был жилой уровень, где находилась квартира Прзно. — Тревога. Спеши, Бэтмен, — тихо сказал Джосс. — Лечу! — Что-что? — переспросил Ивен, потом вздохнул и отключился. Джосс одел форму, посмотрел на защитный костюм, вздохнул и не стал его надевать. «Чертовы связи с общественностью!» — подумал он, в глубине души прекрасно осознавая, что уж это-то здесь совсем ни при чем: полицейский, который выглядит напуганным, работает с эффективностью на порядок ниже обычной, независимо от того, что он сам об этом думает. Джосс сграбастал свой коммуникатор и вышел. В дверную щель снаружи была вставлена записка. Когда дверь открылась, она упала к ногам. Джосс осторожно развернул ее. «ПОГОВОРИМ» — было написано печатными буквами на листке бумаги нетвердым почерком, похожим на детский. Под словом красовался какой-то значок, в котором Джосс узнал татуировку, замеченную им раньше на запястье Куча. Он положил записку в карман и отправился к Ивену. Четырнадцатый остров кишел людьми: тут были и праздные зеваки, и озабоченная станционная полиция со своими глупыми пушками. Все они сновали взад-вперед, стараясь держать марку, и создавали при этом неимоверную неразбериху. Ивен возвышался над ними, как бронированная башня. Полиция пыталась поддерживать порядок и не подпускать любопытных. Джосс подошел к Ивену. Все до единого полицейские посмотрели на него. Он вежливо улыбнулся и кивнул им, затем повернулся к напарнику: — Насколько я понимаю, здесь что-то произошло? — О, да, — сказал тот, поворачиваясь к двери. Вместе они вошли внутрь. Футах в двадцати от дверей на полу террасы лежало скорченное тело. Это был Прзно. В него стреляли из игольчатого ружья, и не один раз. По крайней мере сотня игл, длиной в дюйм и толщиной чуть больше волоса, вонзились в его лицо и грудь. Нейротоксин, которым они были обработаны, сделал свое дело. Ни одна кобра не могла убить человека так быстро. И ни одна кобра не заставила бы его перед смертью почувствовать, как кровь вместе со стекловидным телом сочится через множество крошечных дырок в глазных яблоках. Никаких других ран, на первый взгляд, видно не было. Рядом с телом на полу лежал пустой бумажник и небольшая сумка с продуктами. По-видимому, он возвращался из магазина. Джосс посмотрел на тело и покачал головой. — Кто-нибудь видел, как это произошло? — спросил он, поворачиваясь к полицейским. Четверо стоявших поблизости офицеров заговорили одновременно, толкаясь и громко перебивая друг друга. В конце концов Джоссу удалось выяснить, что следствие обнаружило четыре или пять свидетелей. Точного описания убийцы никто из них дать не смог, а как все это произошло, рассказывали довольно подробно. Прзно вошел в дверь и направился к лифтам. Убийца выскользнул из-за небольшого киоска, расположенного рядом. |
