Барнеби, который думал, что этот пожилой мужчина и есть Терри, кивнул:

— Да, это я. Мы говорили в пятницу.

— И вы?.. — Служащий пролистал книгу записей.

— Я предпочел бы не называть своего имени, — откровенно заявил Барнеби.

Телефон вновь зазвонил, и почти в тот же момент из соседнего помещения появились женщина средних лет и молодая девушка. Они пожали друг другу руки. Барнеби повернулся к старшей, она буркнула:

— Добрый вечер, — и удалилась.

Девушка остановилась в ожидании. Мужчина за конторкой улыбнулся и жестом предложил им с Барнеби пообщаться.

Девушка оказалась стройной и симпатичной, с длинными блестящими светлыми волосами. На ней было аккуратное платье, а шею украшало ожерелье из маленьких серебряных бусинок. Барнеби невольно сравнил ее с собственной дочерью, которая во время своего последнего визита домой была одета в рваные джинсы и кожаную безрукавку, а на голове у нее возвышался разноцветный гребень.

— Мы можем побеседовать здесь. — Девушка провела его в комнату. Там стояло удобное кресло, банкетка у стены и столик из сосны, на котором красовалась вазочка с маргаритками. — Хотите кофе?

— Нет, благодарю вас. — Он явился сюда, не имея определенного плана и рассчитывая действовать по обстоятельствам. Он почему-то был уверен, что Терри окажется старым прожженным типом вроде него самого. Мысленно возблагодарив судьбу за то, что ошибся, Барнеби мрачно улыбнулся девушке и протянул ей визитку.

— О! Но мы… Я не могу… что вы хотите?

— Я так понял, это вы разговаривали с Эмили Симпсон вечером в прошлую пятницу?

— Простите. — Теперь голос девушки звучал увереннее. — Но мы не обсуждаем дела тех, кто обратился к нам, с посторонними. Мы соблюдаем полную конфиденциальность.

— Естественно, мне это понятно, — ответил Барнеби, — однако в случае смерти…

— Смерти! Какой ужас!.. Я и не подумала, что она собирается совершить самоубийство. Я работаю здесь всего несколько недель… Я еще только учусь, понимаете… — От страха она начала заикаться. — Если бы я знала… но двое остальных сотрудников были заняты, а телефон зазвонил, и я решила, что справлюсь… Я имею в виду, мисс Симпсон…

— Подождите, подождите. — Девушка сразу стала казаться еще моложе и явно собиралась разрыдаться. — Насколько нам известно, никакого самоубийства здесь не было. Но, возможно, есть кое-какие подозрительные обстоятельства.

— О! Какие же?

— Именно поэтому мне и хотелось, чтобы вы, насколько это возможно, припомнили тот разговор.

— Простите. Но я не могу. Мне нужно спросить…

— Я уже говорил с вашим директором мистером Вейнрайтом и гарантирую вам, что в данном случае правила можно нарушить. — Инспектор по-отечески улыбнулся.

— Ну… Я не знаю…

— Вы же не хотите препятствовать полицейскому расследованию? — Улыбка стала более решительной.

— Конечно нет. — Девушка взглянула в сторону приоткрытой двери. Барнеби терпеливо ждал, подозревая, что в этот момент она вспоминает тот жест, которым «самаритянин» за конторкой представил их друг другу. Ее лицо разгладилось. Она проговорила: — Я помню звонок мисс Симпсон. У нас в тот вечер их было всего три… Но, правда, не слово в слово.

— Все нормально. Вспомните, что можете. Не спешите.

— Ну вот, она сказала что-то вроде: «Мне нужно с кем-то поговорить.