— Меган…

— Они переехали в Калифорнию лет десять назад, когда начался бум интернет-магазинов. Дядя у меня — большой талант и прекрасно разбирается во всех этих вещах. Это брат моей матери.

— Меган… — Рука Грега нащупала застежку спереди на лифчике, и уже в следующий момент его пальцы раздвигали тонкое кружево, лаская ее обнаженные груди.

— Но им все равно пришлось затянуть весь дом таким большим голубым тентом. То есть не тентом, конечно. Скорее это напоминало огромный кусок синего целлофана, ну, то есть не целлофана, а такой плотный пластик, вроде того, который устанавливают над бассейнами. Здесь этого делать не нужно, потому что во Флориде не бывает холодно. О, как хорошо! — прошептала она, когда его пальцы стали теребить сосок ее правой груди. Просто восхитительно. — Так вот, — продолжила она, чувствуя, что его поцелуи становятся все более настойчивыми, — от термитов они избавились, но тетя больше никогда не чувствовала себя в этом доме так, как прежде. Она говорила, что знает, что термиты ушли, но ей все равно кажется, что они ползают, где попало, и грызут всю ночь ножки их деревянной кровати. Это буквально выводило ее из себя, поэтому им пришлось переехать. Не в Калифорнию. Во всяком случае, еще не в Калифорнию.

— Тс-с, — проговорил Грег, отпуская ее грудь. «Нет, — думала она. — Не уходи. Вернись, вернись!»

Но он вовсе и не собирался убирать руку, просто переложил ее ей на бедро, провел пальцами между ног. Она чуть не задохнулась от прилива желания и тут же попыталась встать.

— Грег, я правда…

— Тс-с. — И его пальцы стали теребить молнию на ее джинсах.

— Нет, остановись. Я не хочу…

— Тс-с.

Это его последнее «Тс-с» окончательно ее и добило. Одно дело — самой игнорировать свой внутренний голос; совсем другое — когда он игнорирует ее голос, тем более когда тот громко и отчетливо требует его остановиться. Она оттолкнула его руку, вскочила и застегнула джинсы.

— Перестань говорить мне «Тс-с»! Я не хочу, чтобы меня затыкали!

— Тогда чего же ты хочешь, черт побери? — Он схватил подушку и со злости швырнул в нее.

Меган посмотрела, как подушка просвистела у ее виска и плюхнулась на ковер.

— Я хочу спуститься вниз. Хочу танцевать и развлекаться.

— А мы, по-твоему, чем занимаемся? Я думал, я тебе нравлюсь.

— Нравишься, Грег. Очень нравишься. Но я еще не готова…

— Динамистка!

Меган будто влепили пощечину; она почувствовала, как у нее покраснели щеки.

— Я не… Это не так.

— Значит, ты еще лучшая актриса, чем я полагал.

Меган глубоко вздохнула, поправила волосы, проверила молнию на джинсах. Он ляпнул это, не подумав. Он рассержен, расстроен и немного пьян. Он обязательно потом извинится, и она примет его извинение. Летом они постараются узнать друг друга получше. Все будет хорошо, просто не надо торопиться.

— Я спускаюсь вниз.

— Ну и иди. Чего ты ждешь?

— А ты разве не пойдешь?

Грег по-прежнему сидел на кровати, не глядя в ее сторону.

— Позови, кто там следующий на очереди!

У Меган внутри все перевернулось, и ее немедленно затошнило. Так вот что ежедневно чувствует Далила, подумала она, проглотив готовый было сорваться у нее с губ ответ.