— Алик, здесь двое суток описывать придется. Ты бы съездил в ПОМ, связался с Женей, пусть, еще кого ни будь пришлют.

Вскоре Алик вернулся.

— Парни, Женя сказал, что бы изымали оружье, а остальным, они сами завтра займутся с утра. Губарев рассказал, что они с Кузьмицким должны были взять фуру с телевизорами, да перепутали. Водилу завалили, а в фуре оказались школьные принадлежности. Они уже год здесь лежат. Женя сказал, что грузовичек пришлет, что бы оружье вывезти. Когда стемнело, обыск пришлось прервать, до следующего утра. Освещения во дворе не было, а ползать во дворе с маломощным фонариком, это что искать иголку в стоге сена. Алик договорился с собровцами, что они подежурят возле дома до утра. Втроем, Алик, Виктор и Игорь, загрузили изъятое оружие в ГАЗ-53, который в УБОПе использовали для хозяйственных нужд. Всего изъяли, около ста двадцати стволов. По приезду, дежурному отделению СОБРа пришлось попотеть, перетаскивая все в актовый зал. Был уже одиннадцатый час ночи, когда закончили разгрузку. Кузьмицкий, провалился как сквозь землю. В квартире и гараже, у него изъяли несколько стволов и пару альбомов, с интересными фотографиями. Сауны, охота, рыбалка и везде Кузьмицкий с высшими офицерами из ГУВД и УСБ. Быстро проведя планерку, Женя распустил оперов по домам. Продолжать обыск, с утра, у матери Кузьмицкого, выехали рубоповцы, из оперативно-следственной группы. Приехали они вечером, злые как черти, у одного была прокушена рука. Когда они попросили мать Кузьмицкого убрать собак, что бы осмотреть вольер, та спустила их на оперов. Оперативник, на которого неслись два здоровенных кобеля, с перепугу, схватил одного за ошейник и перебросил через забор, а второй пес вцепился в руку мертвой хваткой. Пришлось его пристрелить. Столько проклятий, какими их осыпала мать Кузьмицкого, опера еще в своей жизни не слышали. В вольере, за будкой для собак, они нашли три гранатомета «Муха». Год назад, при нападении на броневик с инкассаторами, которые, перевозили миллион долларов, использовался такой же. Один из инкассаторов погиб, а двое были ранены. Задуматься было о чем. Еще неделю, Алик, Виктор и Игорь были на подхвате, засады, обыска, выемка похищенного, земельные работы по розыску трупов. Для них чехарда закончилась, когда взяли на телефонной станции распечатку звонков на пейджер Кузьмицкого.

— Кузя, все очень плохо, беги.

Звонок был сделан из приемной начальника УСБ, в первую же ночь, после задержания фигурантов, проходящих по делу. В том, что бы Кузьмицкий исчез, а лучше всего под землю, заинтересовано было много. В дальнейшем, боясь утечки информации, по этому делу работала только оперативно-следственная группа. Выбитые из колеи, лихорадочной, недельной работай, Алик, Виктор и Игорь отдыхали. Занимаясь повседневными, рутинными обязанностями. Пару раз пытались сработать по вымогателям, но все не стоило выеденного яйца. В первом случае, к ним обратился азербайджанец. Трясясь от страха, он сказал, что его преследуют чеченцы, требуя от него денег. Вечером, на «стрелке» их задержали. Над этим делом хохотал весь отдел. Оказалось, что чеченец попросил прикурить, а вместо зажигалки, азербайджанец откусил ему пол носа. Чеченцы требовали с него денег, для проведения пластической операции. Смех и грех. В кабинете оперативников, они заключили мирное соглашение. Иначе под уголовную статью шли оба. Один за самоуправство, а второй за нанесение вреда средней тяжести, повлекшее обезображивание лица.