В кабинет зашел Алик и сразу подключился к разговору.

— Игорь, ты зачем мальчика обижаешь? Ведь стул есть, а ты его на ногах держишь. Садись, располагайся, как тебе удобней. В ногах правды нет. — Елейным голосом заговорил Алик. Жираф отодвинул стул подальше от Игоря и начал садиться. Алик выбил из под него стул, и Жираф опрокинулся на спину. Пока он вставал, Алик повернулся к Игорю.

— Что, братан, молчит и дядей пугает? Или я ошибаюсь?

— Алик, все в масть.

— Жираф, а ты в курсе, что с сегодняшнего дня, твоего дядю арестовали, за получение взятки. Скоро вы с ним встретитесь на тюрьме. Это, во-первых. Во-вторых, на ИВС, я договорился, что бы тебя поместили в «красную» камеру, если будешь молчать.

Про «красную» камеру среди старых сидельцев ходили легенды, что туда собирали самых отмороженных на всю голову зеков. Их руками и ногами ломали, как морально, так и физически, менее сознательных сокамерников. Таких камер давно уже не было, но приблатненый молодняк, разинув рты, слушал, матерого зечару, как тот один вырезал такую камеру. Существовали другие каналы воздействия на зеков. Стоило «куму», начальнику оперативной части СИЗО, запретить прием передачек, либо встреч с родственниками, как тому, с кем еще вчера все считались, становилось неуютно. У Жирафа, отпала челюсть, и испуганно забегали глаза.

— Что молчишь? Может сразу УАЗ подогнать и на ИВС отправить? — Вмешался Игорь. — Алик, что мы с ним церемонимся. Давай в лес вывезем, грохнем и прикопаем. Первый раз, что ли?

— Э-э. Вы чего задумали? За кражу, я и так расскажу. Подумаешь, три-четыре года условно получу.

— Жираф, это ты следаку мозга пудрить будешь. Ты за все кражи расскажешь, что с Железякой совершили. Вы, уже с ним три года работаете, а твоя подруга наколки дает, где поживиться можно. — Продолжил Алик — У тебя выбор небольшой. Или-или. Скидку по срокам получит тот, кто раньше запоет, ты или Железяка.

Жираф опустил голову и задумался. Наконец он решился и начал рассказывать.

— С Железякой я познакомился в Крыму, три года назад. Отдыхали там с подругой. Сидели в кафешке, а его к нам за столик подсадили. Когда он узнал, что подруга в банке работает, продолжил с нами знакомство. Через неделю предложил фирмачей обувать. Я не отказался. Всего мы взяли семь сейфов. В помещение я не входил, он все сам делал, боялся, что сглажу. Двадцать пять процентов он отдавал в общак, смотрящему, двадцать пять мне, а остальные деньги оставлял себе. Моя задача была, транспорт, жилье и жирный сейф. Где он живет, как его зовут, я не знаю. Он всегда со мной сам связывался.

Алик подвинул Жирафу стопку чистых листов бумаги и сказал, что бы тот по каждому эпизоду писал явку с повинной. Сопя и потея, Жираф принялся за писанину, в которой был не силен. Минут через пять в кабинет зашел Виктор и сказал, что следователь пацанов допросил. Алик указал пальцем в сторону Жирафа.

— Витя, забирай его, пусть следаку мозга парит. Мы, с Железякой начнем работать.

Виктор вышел из кабинета с Жирафом. Игорь спросил.

— Алик, понять не могу, почему Жираф так легко развелся?

Тот рассмеялся и ответил.

— Нам только нужно было разыграть безбашенных ментов. Что у нас получилось. Остальное мой человек сделал. Он чуть ли не до обморока напугал Жирафа «красной камерой» и ментами, для которых, завалить жулика, дело чести.

— Так может и на убийство, нужно было его сразу грузить?

— Игорь, еще не вечер, не газуй. Сейчас, пусть об этом у прокурорских голова болит. Витя будет осуществлять оперативное сопровождение, пока не перевелся. На нас обыска и Саша Перекопский, еще неизвестно, что там стрельнет.