— Цыц! — прикрикнул Скапти. — Йотуны вот считают, что годится.

Ивар обернулся к Регину:

— Ты выбирал эту дорогу, Регин. Если на нас нападут, рассчитывать придется только на твою защиту. В этих альвах огня маловато, если ты понимаешь, что я имею в виду.

— Тебя может ожидать сюрприз, — заметил Регин, выгнув одну бровь. — Эти альвы могут куда больше, чем сами подозревают.

— Мы-то? — Флоси недоверчиво оглядел Эгиля и Финнварда.

— Ну, — сказал Ивар, — как бы там ни было, а ты лучше приготовь заклинания, молнии… или что там еще… чтобы отбить нападение йотунов.

— Не тревожься, — сухо ответил Регин, — приготовлю.

Горы вокруг становились все круче и точно сужались к единственному разрыву в их массивной цепи, где ледники столетиями прокладывали себе путь на равнины, лежащие по другую сторону гор.

Ручьи, сбегавшие с крутых склонов, сливались во внушительных размеров реку, которая с грохотом ниспадала на каменистое дно глубокой сумрачной долины. Далеко внизу, вобрав в себя еще несчетное количество ручьев и пробежав много миль, эта река впадала в пенные широкие воды Дрангарстрома и с ним добегала причудливым путем к морю.

Ивар не стал вести отряд слишком низко в долину. Остановившись за валом из осыпавшихся камней, путники разглядывали угрюмые утесы, за которыми шныряли йотуны.

— Йотуны впереди, йотуны позади — словом, йотуны со всех сторон, — мрачно заключил Ивар. — Не знаю, как мы сумеем выбраться отсюда, разве что чудом. Если бы мы все умели принимать облик фюльгъи, мы еще могли бы проскользнуть у них под носом, но среди нас трое, совершенно к этому не способных. Помните, как Гизур истощил свою Силу, помогая вам перебраться через Вапнайокулл? Нельзя, чтобы Регин рисковал тем же.

Позиция у йотунов была — лучше не придумаешь. Они разместились у единственного выхода из долины, где утесы сдвигались ближе и долина превращалась в узкое, забитое камнями ущелье. Йотуны надежно закупорили его лучниками, засевшими по обе стороны ущелья, а снизу вход закрывал отряд всадников. Крик с вершин предостерег йотунов, что добыча приближается, и теперь они заняли свои места, наложив стрелы и натянув луки с безошибочно убийственным стуком гладкого, отточенного к битве оружия.

Беглецы, как могли, укрылись за каменным валом. Прошло несколько секунд, и вперед медленно выехали три всадника, в знак мирных намерений подняв над головой оружие. Двое из них были одеты, как волшебники, а третий оказался Тором из Ульфгримова подворья — он ехал верхом на костлявой кляче, которая, судя по всему, последний раз сытно поела года два назад.

— Привет вам, осквернители могил! — насмешливо прогромыхал Тор. Добыли вы меч Элидагрима, обманщики и воры?

Ивар настороженно вскинул голову:

— Добыли, Тор, и не отдадим его, если этого ты добивался, устроив нам смертоносную западню. Попробуешь задержать нас — тебе же хуже.

Тор уверенно покачивался в седле — пестром и штопаном-перештопаном, с торчащими хвостиками потрескавшейся кожи.

— Вот как? А мои волшебники говорят, что ты лжешь. Мы знаем точно, что ваш маг Гизур погиб в Лабиринте. Кто же теперь ваш советчик и защитник? В Йотунсгарде нет магов Гильдии, только чародеи да волшебники-йотуны, а они вам вряд ли захотят помочь. Что это за коротышка в черном плаще, откуда вы его выкопали? Говори, чужак, если хоть на волос заботишься о своей шкуре.

Регин знаком велел Ивару помалкивать.

— Не называй мое имя, или мы потеряем огромное преимущество перед Лоримером, — прошептал он. — Я не раз имел дело с огненными йотунами, оставь мне все переговоры, ладно?

Ивар, хмурясь, кивнул:

— Только не заключай с ними никаких соглашений, даже если так привык иметь с ними дело.