Макинтайр: Да, понимаю.

— Да.

— Я тут отметил место, которое действительно надо послушать, а все остальное можно пропустить. Для меня-то все это чушь собачья. Так как, можно прокрутить немного?

Не дожидаясь ответа, Олли включил перемотку. Он немного проскочил нужное место и принялся манипулировать кнопками, пока, наконец, не нашел, что хотел.

— Все, — сказал он. — Теперь слушайте.

Дарси: Правда?

Макинтайр: Честное слово. Не желаете ли еще кофе?

Дарси: Нет, спасибо, мне пора. Который час, между прочим?

Макинтайр: Без четверти десять.

Макинтайр: Если хотите, я доброшу вас до общежития.

Макинтайр: Я оставил машину здесь, рядом, около Джефферсон-авеню. Давайте дойдем до гаража...

Дарси: Ну что же, большое спасибо.

Макинтайр: Сейчас, только расплачусь.

— Больше ничего нет?

— Есть. Но этот малый сказал, где гараж, так что найти его не так-то трудно. Как по-вашему? Прямо за углом, рядом с Джефферсон. Сколько там гаражей?

— Мы уже прочесали целую дюжину, — сказал Хейз.

— Что ж, тем лучше, меньше осталось. Вы телефонные книги смотрели?

— Да, в этом городе нет ни одного Макинтайра.

— Стало быть, он просто использовал имя этого парня из Калифорнии, так?

— Похоже на то.

— Больше он его не будет использовать.

— Почему это?

— А вот послушайте, — Олли указал на диктофон. — Похоже, он снова включил его перед самым убийством. Прямой репортаж. Этот малый явно полоумный.

Тсс-с...

Макинтайр: Джесси Оуэнсу.

Дарси: Неужели правда? Но ведь он, вроде, из Кливленда.

Макинтайр: Так, стало быть, имя вам известно?

Дарси: Ну конечно. Он всех обставил... когда это было?

Макинтайр: В 1936 году. На Олимпиаде в Берлине.

Дарси: Точно. Выставил Гитлера со всеми его расовыми теориями полным дураком.

Макинтайр: Десять ноль шесть на сотке. А на двухстах установил мировой рекорд. Заодно и четыреста метров выиграл.

Дарси: Не говоря уже о прыжках в длину.

Макинтайр: А вы и впрямь его знаете.

Дарси: А как же, я все-таки бегунья.

Послышался шум борьбы, тяжелое дыхание, какой-то странный скрежет, глухой стук, еще и еще один, снова прерывистое дыхание, и снова звуки яростной схватки.

— Он душу из нее вынимает, — сказал Олли. — Посмотрели бы вы на нее, когда мы нашли ее.

В этот момент раздался резкий щелчок.

— А это еще что такое? — спросил Мейер. — Он выключил диктофон?

— Нет, сэр, — ответил Олли.

— Но мне послышалось...

— Тебе не послышалось. Он свернул девчонке шею.

Беззвучно шелестела лента диктофона. Десять секунд, двадцать. Затем послышался звук быстро удаляющихся шагов. Хлопнула дверь машины. За ней другая. Звук включенного двигателя. И сквозь его шум — голос Макинтайра:

— Привет, ребята, это снова я. И не в последний раз. Правда, о Кори Макинтайре вы больше не услышите. До встречи.

Тишина.

Детективы переглянулись.

— Теперь все? — спросил Хейз.

— Все, — ответил Олли.

— Похоже, он хочет, чтобы его поймали, — заметил Мейер.