Нет, они сами обеспечивают себя. Отсюда и полная независимость.
Рома не был женат. Он копил деньги. Собирался квартиру в Битове купить, обставить ее. И хорошую машину неплохо бы заиметь, А потом жениться… На ком — вопрос не стоял. У него было много женщин, по всем статьям мужчина он хоть куда…
Все хорошо. Только так и не встретил он в столице женщину, в которую смог бы влюбиться до беспамятства.
— Тебя матушка женить собралась, — словно бы невзначай сказал Артем.
В унисон с его мыслями эта новость прозвучала.
— Вот так-так. И на ком?
— На Ритке.
— На ком, на ком?
— Пашка Голиков, твой кент школьный. Сеструха у него — девка зашибись…
— Ну помню. Ритка, пигалица…
Помнил он светловолосую девчонку. Худая как скелет, зато глаза огромные, как у инопланетянина… И его на ней хотят женить. Смех, да и только.
Только Артему почему-то не было смешно.
— Ритке сейчас семнадцать. Девка — высший сорт. Я как увидел, чуть в канаву не свалился. Ей-бо, в натуре!..
— Да ладно чушь молоть… Ты мне лучше скажи, как Пашка поживает? Давно его не видел. Он вроде как в Челябинске пропадал…
— Год назад сюда вернулся. Лавочку частную открыл. Мебелью торговал…
— Почему в прошедшем времени?
— Да увидитесь, поговорите. Может, расскажет. А может, и нет… Он, кстати, сейчас к нам домой подойти должен. Я ему сказал, что ты приезжаешь. Только без сестры придет.
— Вот и хорошо.
— Хорошо, — не стал спорить Артем. — Хоть спокойно посидишь, за жизнь поговорим. А то как увидишь Ритку, так и язык отсохнет. Бревном сидеть будешь.
— Ох и мастер ты трепаться…
— Ну, ну, посмотрим, кто из нас трепач.
Даже если Ритка и в самом деле стала красивой девчонкой, это ничего не меняет. У него не было никакого желания заводить серьезные амуры.
— Ты о Гаврииловской часовне что-нибудь слышал? — спросил Рома.
— Спрашиваешь… О ней сейчас все говорят.
— Восстанавливать ее собираются.
— А ты откуда знаешь?
— Да соседи мои по купе — кровелыцики-монтажники. Храмы кроют. Специально по этому делу в Семиречье приехали.
— Бог им в помощь… В лесах наших нечистая сила объявилась, — мрачно изрек Артем.
— Чего?
— А того… Как в прошлом веке. Людей жрут.
Кто говорит — волки. Кто — оборотни. Беспредел…
— Беспредел не по части оборотней, — заметил Рома. — Это по части отморозков.
— А что, оборотни-отморозки… Звучит. Ей-бо, звучит!.. Только отморозь эта не человеческой породы. Волки. Но, скорее всего, оборотни. Слишком сильные для волков.
— Артем, ты же взрослый человек. А в чепуху веришь.
— Да я тебе говорю, волки необычные. И людей жрут без зазрения совести. Даже лесники на хрен с работы поувольнялись. Пачками бегут…
— А охотники?
— А что охотники? Сначала облавы устраивали, а потом один за другим пропадать стали… Гиблые места, короче, вокруг нас. Хорошо, в городе пока спокойно. Надолго ли?
— Ну вот, а ты говорил… Бросай, мол, столицу, и приезжай к нам.
— Да я и сейчас так говорю… Нырков, мэр наш, обещал все уладить. За часовню взялся. За Гаврииловскую. Кучу бабок на это дело из бюджета бросил. Скоро колокол там зазвенит. Как в прошлом веке, весь нечистый дух из лесов повыгоняет. |