— Вы как раз вовремя. Ваш знакомый со своими ребятами уже здесь, — обратился к Поворотнику один из внештатников, веснушчатый парень по имени Коля.

— Что здесь произошло? — спросил шеф, решительно направляясь к большому кирпичному дому, где горело только одно окно на первом этаже.

— Дамочка что-то подлила своему увальню за ужином. Мы вмешались, когда она тащила его к яме, — начал докладывать внештатник.

— Сильная девушка, — уважительно сказал Поворотник. — Но я думаю, это все равно было непросто.

— Конечно, — кивнул Коля. — Материлась на чем свет стоит.

Войдя в освещенное помещение, оказавшееся кухней, Поворотник пожал руку начальнику опергруппы. На низком диване, озираясь по сторонам ничего не понимающим взглядом, полулежал Петюня. Недалеко от него под пристальными взглядами нескольких дюжих парней сидела растрепанная особа средних лет. Дашке она показалась похожей на взбесившегося зверя.

— Суд может посчитать ваши действия покушением на убийство, — спокойно говорил ей начальник опергруппы. — То, что вы тщательно подготовились, не будете отрицать? Яма, бетон, который вы просили привезти вечером. Как все это объяснить?

— А никак! — не унималась бизнесвумен. — То, что я делаю на своем участке, мое личное дело!

— Но вы что-то подмешали вашему другу. Клофелин или какое-то другое лекарство? Молчите? Ничего, мы выясним.

— Да, я добавила лекарство, но не специально. Просто перепутала флаконы. Хотелось сделать его более темпераментным. — Она бросила в сторону Петюни презрительный взгляд. — Могу показать то, другое средство. Да и от такого количества клофелина никто не умирает, — добавила она. — Я точно знаю, у меня мама фармацевт.

— А никто и не говорит, что вы хотели его отравить. Вас же застукали, когда вы тащили его к яме. Там сколько угодно следов. И ни одного целого куста по дороге не осталось, представляешь? Как будто каток проехал! — обратился опер к Поворотнику. — К тому же у меня есть свидетельские показания вот этих молодых людей. — Он кивнул в сторону внештатных сотрудников бюро.

— Я совершенно не понимаю, в чем меня пытаются обвинить! — под занавес бизнес-леди возмущенно завопила. — Я же ничего не сделала! Этот тюфяк, как видите, цел и невредим!

Начальник опергруппы о чем-то тихо переговаривался с Поворотником. Закончив разговор, шеф дотронулся до Дашкиного плеча:

— Сейчас забираем этого молодчика и едем в офис. Наши ребята потом представят милиции свои отчеты. Здесь он ничего не успел натворить, а нам есть о чем с ним потолковать. Поехали.

— Ну, что, попался? — ласково прошептала Дашка Петюне уже в машине.

— Это мы еще посмотрим, — сказал он, с трудом ворочая языком. — А где же сегодня твои серьги и топики-шортики? Или ты в походной форме?

Как только они оказались в офисе, Поворотник усадил Петюню возле своего стола и начал допрос. Тот вдруг стал на удивление покладистым. Возможно, на него так подействовало лекарство. Поступок бизнес-леди, по его словам, объяснялся просто. Он узнал-таки, где ее слабое место.

— У нее давнишний роман с одним женатым дядечкой, который помогает ей с заказами, — поведал он Поворотнику и Дашке. — Вы же сами понимаете, такая помощь дорого стоит. Разводиться дядечка не собирается и очень не хочет, чтобы его жена что-то узнала о тайной связи. Вот я и попробовал припугнуть эту деловую. Потребовал денег за молчание. Сперва она разыграла испуг, просила подождать. Потом прикинулась, что безумно влюблена и больше всего страдает оттого, что я так с ней обошелся. Я поверил. Невероятно, но поверил! А что было дальше, вы знаете.

— Теперь ты понимаешь, чем обязан моим ребятам? — спросил Поворотник, заглядывая в Петюнины все еще мутноватые глаза.