— Более чем. — Считав произведённые послом движения, Палач определил, что за монолитным шлемом тот широко улыбнулся. — Но я предлагаю вычесть из этой суммы двести миллионов в счёт того, что мы должны вам уплатить.

“Лорд Про” кивнул, дополнив приоритеты соответствующего Юнита.

— В таком случае можно считать, что мы договорились? — Палач встал со своего “трона”, и разумный напротив повторил за ним, оставив уютное кресло.

— Истинно так. С вами необычайно приятно вести дела, лорд Про. Быстро, с полным пониманием желаемого… Если бы все наши партнёры были такими же, Альянс вознёсся бы на недостижимую для всех прочих высоту.

— К сожалению, редкий разумный держит свой разум в тонусе, и подобные нам с вами — уникумы. — Органик пожал протянутую руку, после чего коротко и неглубоко поклонился.

— Так всё и обстоит, увы. Всего доброго, Лорд Про. В случае чего вы знаете, где меня найти. — С этими словами органик покинул кабинет, за дверьми которого его тут же взялись сопровождать боевые дроиды с развёрнутыми на них очищенными от лишнего “боевыми” копиями Палача. Экспериментальные единицы, эффективность которых на Марриконе оказалась даже выше расчётной, получили на Каюрри широкое распространение в качестве охраны ключевых объектов и единиц, способных командовать менее эффективными дроидами. Они заменили собой “Эгиды”-копии, порой — буквально, унаследовав шасси и личностные матрицы “киборгов”. Для машин такие изменения не были критичными, а органики, при правильном подходе, не были способны заметить подмену, чем PR-0 и пользовался, укрепляя контроль над планетой путём увеличения числа и качества подконтрольных ему единиц.

Тем временем створка двери вернулась на место, и Палач остался в помещении в одиночестве. Его личностная матрица продолжала обрабатывать полученные данные, внося соответствующие коррективы в программу для повышения эффективности дальнейшего взаимодействия с послом Теневого Торгового Альянса и прочими органиками, а свободные вычислительные мощности приступили к активному обмену данными с Палачом-копией, который в это же время находился в самом защищённом месте Каюрри и был подключен напрямую к Центру Синхронизации.

На данный момент у PR-0-1 не было иных задач, так что он использовался в качестве наблюдателя, в реальном времени отслеживающего проходящие на Каюрри процессы и накапливающего соответствующий “сторонний” опыт, отличный от отчётов, которые могли предоставить Юниты или сам Центр Синхронизации. Коэффицент эффективности такого подхода был неприемлемо низок, но в условиях, когда для копии буквально не было никакой другой работы, эта несла наибольшее число выгод, как фактических, так и потенциальных. И занят этим PR-0-1 будет до тех пор, пока не завершится следующая фаза переговоров с Андайрианским Консорциумом по поводу отправки копии на их территорию в целом и на границу со “спящими” машинами древности в частности.

Палач не рассчитывал на то, что последней цели удастся достигнуть в ближайшие годы, но даже простое внедрение “агента” на территорию государства, уровень технологического развития которого находился на другом, более высоком уровне, могло принести значимые выгоды. Высокотехнологичное государство располагало массой интересующих Каюрри вещей, информацию о которых можно было получить просто наблюдая, ведь в случае с машинным разумом ценны были не только и не столько сами устройства, производимые Андайрианским Консорциумом, сколько подход и принципы, используемые при их создании.

Наиболее ярким примером являлась “Немезида”, представляющая собой крайне мощный лёгкий патрульный крейсер, эффективность которого упадёт в разы в том случае, если его будут применять точно так же, как “примитивные” патрульные крейсера, производимые в остальной части галактики.