– Под землей? – переспросила Мэнди. – Как – под землей? Это же невозможно! Посмотрите в окно, там Лондон!

Констанция Ахерн обернулась и засмеялась.

Шеппард тоже посмотрел в окно. Подошел поближе. Всмотрелся сквозь стекло. Да, перед ним центр Лондона в разгар дня. Все на своем месте. Он почти чувствует город вокруг. Шестое чувство подсказывает ему: он – часть чего-то большего, чего-то такого, что даже невозможно представить. Но нет, все это – ненастоящее. Чем внимательней Шеппард всматривался, тем больше убеждался в догадке. Совсем незаметно – вряд ли увидишь, если не захочешь увидеть, – но картина за окном казалась какой-то зернистой. Сложенной из мельчайших элементов. Качество, конечно, высочайшее, с таким он еще не сталкивался, но тем не менее это подделка. Как он это сделал? Шеппард пристально вгляделся. Действительно, создается впечатление, что он смотрит из окна гостиничного номера. Перспектива идеальная.

– Надо было сразу догадаться, – сказал Шеппард.

Он положил на стекло ладонь, провел ею до края окна и пробежал пальцем по стыку стекла с рамой.

– Подсказок было хоть отбавляй. Иногда он даже не скрывал их. А я ничего не понял. Да, не понял. Никакой это не гостиничный номер.

– Но… – начала Мэнди.

– Он прав, – перебил Райан, кладя руку ей на плечо. – До этой самой минуты я тоже ничего не понимал, но… Унитаз подключен к локальной системе канализации. Он не соединен с большой системой трубопроводов, как в гостинице. Тогда я об этом не подумал… но теперь все обретает смысл.

– Это чушь собачья. Вы ненормальные, оба, – сказала Мэнди.

– Чушь собачья, правильно, но это не означает, что чушь не может оказаться правдой, – сказал Шеппард и, не найдя щели, шлепнул ладонью по стеклу.

Оно отозвалось тихим звоном.

– Если это не гостиничное окно, интересно, можно ли его разбить.

– Может, мне хоть кто-нибудь объяснить, что происходит? – закричала Мэнди.

В ответ раздался знакомый звук. Он слышал его в этой комнате раньше, но сразу не опознал. И не вспомнил бы, не услышав голос.

– Приветствую всех вас, – сказал человек в лошадиной маске.

Шеппард резко развернулся. Та, что в наушниках, удивленно отпрыгнула в сторону. Все посмотрели на телевизор: на экране действительно был он.

Кто он такой? Лошадиная маска, любитель лошадей, мистер С., «темный человек». Как много имен, и ни одного настоящего.

Создавалось впечатление, будто все три часа он не сдвинулся с места, как сидел, так и сидит, наблюдает за ними. И конечно же, наслаждается спектаклем. Заставил их поверить, что они сейчас выберутся, а потом взял и переменил сценарий.

«Мы все в опасности. Большей, чем когда-либо прежде».

Теперь, когда убийца знает, что выхода нет, – что остановит его перед новым убийством? Перед возможностью перебить всех? Может быть, человек в маске теперь не главный враг?

– Где мы? – спросил Шеппард, выступая вперед.

– Под землей, как сами сказали. Впрочем, какое это имеет значение? Вам от этого легче не станет, – ответил человек в лошадиной маске все тем же знакомым, приглушенным голосом.

– Зачем вы нас держите здесь? Вы же получили что хотели, – сказал Шеппард, тыча пальцами по углам комнаты, где, по его предположениям, должны скрываться камеры. – Ваша игра прошла в точности, как вы планировали. Я проиграл.

Несколько неуверенно вышла вперед Мэнди:

– Мы назвали всех в комнате.