– Я все стараюсь вспомнить, – сказал Эрен, отрывая новую травинку, – но это непросто.

– А ты расскажи мне все вслух, с самого начала, – попросил Морган. – Говорят, отличный прием.

Морган – парень простоватый, но даже Эрен не мог отрицать, что мысль он подал очень даже недурную.

– Ладно, – сказал он и зачем-то встал перед Морганом, словно собрался выступать на сцене.

– Начни с самого начала, – сказал Морган, – если считаешь, что нам не обязательно смотреть «Бешеных псов».

– Морган, не отвлекайся.

– Да слушаю, кретин, слушаю!

Эрен пропустил его слова мимо ушей.

– Ладно, в общем, все началось, когда я шел домой. Я полез в рюкзак за конфетами, увидел, что там нет тетрадки, и понял, что забыл ее в классе. Мы с Бенни Мастерсоном на математике играли в ней в крестики-нолики, и я понял, что забыл положить ее в рюкзак. Не знаю почему. Видел, что лежит на парте, и не взял. Не знаю, как это происходит, но у меня вечно так. Всегда где-нибудь ее забываю.

– Ну да, как в тот раз, когда ты забыл ее возле аквариума, – засмеялся Морган.

– Да, – сказал Эрен, не желая спорить, ему хотелось поскорее продолжить. – В общем, я вернулся в школу. Там было тихо. Очень тихо, я раньше такого не замечал, даже на родительских собраниях. Не было вообще никого, только уборщик, я его видел в первый раз в жизни. Он натирал пол какой-то штуковиной. Класс мистера Джеффериса был открыт. И я зашел. И увидел его. Потом закричал…

Эрену не очень-то хотелось признаваться в том, что он кричал и плакал, даже Моргану.

– …и прибежала мисс Рейн и другие учителя, правда, я уже закрыл глаза и не видел, кто именно. Потом мы пошли в учительскую, а потом пришел мой папа. А потом полицейские меня допрашивали, целую вечность.

– Гм, – сказал Морган, с умным видом скребя подбородок.

– Что «гм»?

– Да вот думаю… выкинь ты все это из головы, – закончил мысль Морган.

– Ничего мне больше не надо! Только найти, кто убил мистера Джеффериса, – прокричал Эрен, да так громко, что мальчишки, гоняющие мяч по футбольному полю, остановились и повернулись в их сторону.

Морган сделал шаг, заслоняя от них Эрена.

– Успокойся, болван. Может быть, тебе нужно еще время, чтобы все понять. Мистер Джефферис покончил с собой. И это очень печально. Мы все очень переживаем. И это ужасно, что ты его обнаружил. Но все-таки он покончил с собой. И я не думаю, что бегать и повсюду кричать, что его убили, – хорошая идея.

– Так ты мне все-таки не веришь? – чуть не плача, спросил Эрен.

– Я думаю, что ты увидел нечто ужасное и у тебя было потрясение. И поэтому тебе надо поскорее забыть об этом. Забыть, и все. А для этого посмотреть на что-нибудь не менее ужасное. Например, натуральное отрезание уха. Там все прекрасно видно.

– Знаешь что, Морган, ни в какое кино я с тобой не пойду, – резко ответил Эрен и отвернулся.

Обидно, конечно. Если лучшего друга невозможно убедить в том, что мистера Джеффериса убили, как он может надеяться, что поверят другие?

– Неужели ты не хочешь узнать, что на самом деле случилось? Неужели не чувствуешь?

– Что я должен чувствовать? – спросил Морган.

– Что он этого не делал. Не мог, и все.

– Не знаю… Думаю, все возможно.