— Ясно, товарищ полковник, — хмуро ответил молодой следователь.

— А теперь вызовите Сокольскую. Я сам ее допрошу. Без вас.

— Слушаюсь.

Оставшись один, Сергей задумался. Допрос девушки теперь значительно осложнялся. Этот следователь все испортил. Как теперь заговорить с ней о письме?

Сергей раскрыл папку с делом. Поверх всех бумаг там лежал знакомый конверт. Вынув письмо, Сергей еще раз пробежал его. И, как ни странно, именно это письмо, вернее, сам тон его, подсказало Сергею единственно, пожалуй, возможное направление предстоящего разговора.

Черт возьми, девчонка, видимо, немало пережила. Она по-настоящему любила этого человека. Мало того, она продолжает его любить, несмотря ни на что. А как же Гусев? Что произошло между ними? И эта ее решимость за все ответить и дальше жить честно. И намерение отомстить. А потом это прощание, поцелуи. Да, плохо ей сейчас, трудно. Вот она и мечется, и не знает, на что решиться.

Сергей курил, задумчиво глядя в окно.

За стеклом, касаясь его бесчисленными глянцевато зелеными лепестками, протянулась ветка какого-то незнакомого дерева. Самого дерева видно не было. Только эта тонкая, дрожащая на ветру ветка. Она казалась совсем слабой, но удивительно упругой.

В дверь постучали.

Милиционер ввел невысокую светловолосую девушку в синей кофточке и серой коротенькой юбке. Красивое лицо ее выражало враждебность, глаза чуть покраснели, бледные, видимо привыкшие к помаде, губы были плотно сжаты.

— Садитесь, пожалуйста, — сдержанно сказал Сергей и, обращаясь к милиционеру, добавил: — Вы свободны.

Тот молча козырнул и вышел.

Девушка опустилась на стул возле стола. Она сидела очень прямо, в напряженной позе, сложив на коленях руки, и выжидающе смотрела на Сергея.

— Давайте познакомимся, Дина, — сказал Сергей. — Моя фамилия Коршунов, я…

— У меня тоже есть фамилия, товарищ Коршунов, — резко отчеканила девушка.

— Извините. Просто вы мне годитесь в дочери, поэтому я назвал вас по имени.

— И еще в любовницы, — усмехнулась Дина. — Так тоже бывает.

Сергей внимательно посмотрел на девушку.

— Вы выбрали неверный тон для разговора, — сказал он. — А нам все-таки придется познакомиться и поговорить.

Дина сердито сузила глаза:

— Сперва верните мне письмо. Иначе я…

— Пожалуйста.

Сергей достал из папки конверт и протянул ей.

Девушка, очевидно, не ждала с его стороны такого поступка и настороженно взглянула на Сергея. Нет, она не поверила в его порядочность или доброе отношение. Она решила, что тут кроется какая-то уловка, желание задобрить ее, обмануть, и насмешливо спросила:

— Вы уже выучили его наизусть, конечно?

Сергей пожал плечами:

— Видите ли, то, что я хочу вам сказать и о чем спросить, может быть, и имеет отношение к этому письму. Но я бы все это сделал, и не прочтя его.

— Ну что ж, — небрежно ответила Дина, — теперь можете говорить что угодно и спрашивать тоже.

Она сделала движение, чтобы разорвать письмо.

— Напрасно, — остановил ее Сергей. — Вы же хотели его послать. Вот и пошлите.

— Да? Интересно, каким образом?

От враждебного тона она перешла к ироническому. Сергей улыбнулся:

— По дороге домой. Это самое удобное.

— Что… вы говорите?…

Девушка была так изумлена и растеряна, что даже не смогла обрадоваться, не смогла сообразить, что произошло.