— Давайте в восемь, в ресторане «Город». — адвокат покровительственно погладил Риту по мягкому плечу: — У меня там знакомый администратор, столик нам найдут.

— Хорошо, мне только надо будет переодеться. Я так давно не была в заведениях с мужчиной, уже забыла, как это бывает.

Борис стоял на крыльце подъезда жилого дома, где, на втором этаже, в обычной квартире, располагалась районная юридическая консультация и провожал аппетитную попку Маргариты, чувствуя некую тяжесть в штанах. Конечно, ни в какую золотую десятку он не входил, может быть только в сотню, но шансов своих он никогда не упускал. Если лох несет деньги, то умный адвокат всегда их берет. А потом, как судьба повернется. Конечно, он попытается что-то сделать, и если что-то получиться, попытается содрать еще маленько денег с радостного подзащитного, объясняя, что все деньги взяли себе жадные судья и прокурор, а он, мужественный защитник, работал фактически бесплатно.

Чаще всего все наезды недовольных клиентов удавалось отбить, объяснив ему, что в случае скандала можно получить не два года условно, а четыре, и вполне реального срока, поэтому обычно, дальше пары угроз по телефону, скандал не разрастался. Очень редко попадались невменяемые клиенты, которые, закусив удила, требовали денег назад, невзирая на угрозу пересмотра дела. Да, в этих редких случаях приходилось деньги возвращать, но Борис не унывал, в конце концов, уйдет один клиент, придет десяток новых. В последние годы жизнь адвокатов стала более наваристой. Говорят, что где-то разрешили брать деньги по соглашению, а не по тупым советским прейскурантам, так что, будущее, казалось, вполне радужным.

Ресторан «Город» был крупнейшим в Городе, располагался на двух этажах пристройки к одноименной гостинице, чьи двадцать четыре этажа принесли ей славу самого высокого здания во всей Сибири.

Когда Маргарита появилась в огромном обеденном зале, Борис встал из-за занимаемого им столика и мысленно облизнулся — женщина в платье из золотистого люрекса, с рукавами на две трети и юбкой до середины бедра, уверенно двигалась в его сторону, как сказочная жар-птица, отливаясь золотым блеском, самым любимым цветом Бориса.

— Что будете пить? — адвокат широко улыбнулся, когда Рита уселась за столик напротив мужчины.

— Будешь…

— Что будешь пить, Рита?

— Я бы выпила коньячку.

— Отличный выбор! — Борис замахал рукой несущемуся мимо их столика официанту.

— Борис, я бы хотела сразу рассчитаться — мужчина почувствовал, как женская рука скользнула по его колену, после чего, ему на бедро лее небольшой пакет. Мужчина скосил взгляд вниз — в прозрачном пакете на его брючине, ласкали взгляд две пачки двадцатипяти рублевых купюр в банковской упаковке. Настроение адвоката мгновенно улучшилось, он подтянул к себе портфель и, незаметно от сидящих за соседним столиком братков в кожаных куртках, спрятал деньги.

— Здесь все. — промурлыкала Маргарита, но у Бориса произошел какой-то дефект слуха, ему показалось, что алые губы прошептали: — Это далеко не все.

Вечер удался. Выпив коньячку, потом еще, защитник и подзащитная почувствовали какую-то сердечную общность, после чего адвокат пересел, их плечи все время соприкасались, аромат женщины бодрил Бориса и внушал надежды. Ансамбль на сцене играл много, душевно и громко, потому, чтобы лучше слышать друг друга, им приходилось говорить в самое ухо собеседника, обжигая эрогенные зоны горячим дыханием.