— Ой! Простите, — проговорила Тесс, входя в комнату как ни в чем не бывало, будто бы это зеленоглазое исчадие ада ее абсолютно не интересовало. — Я не хотела потревожить вас. Я только хотела взять что-нибудь почитать — например, «Памелу» Ричардсона. Еще раз — извините за вторжение. Я только на пару минут и сразу же уйду.

Пристальный взгляд Люка пригвоздил ее к месту.

— Вы ищете «Памелу»? Зачем? Вы ведь буквально засыпали за ужином над чашкой шоколада.

Тесс отвернулась от Люка и стремительно прошла к шкафу, надеясь отыскать книгу и побыстрее исчезнуть из библиотеки.

— Уверена, что Ходжкинс добавляет в горячий шоколад кофеина. Я просто убеждена в этом, — преспокойно ответила она Люку.

— Он ненавидит жестоких людей и грязные игры даже больше, чем я. Но это и понятно, поскольку он долго работает у Джейн и желает ей только добра.

— К счастью, Джейн больше полагается на свое собственное мнение, чем на суждения дворецкого или своего сторожевого пса. Ой, простите, я оговорилась. Хотела сказать — своего адвоката.

— Пустяки. Этот сторожевой пес будет оберегать Джейн от ваших махинаций до последнего вздоха.

— Ничего иного я и не ожидала, — заметила Тесс, отыскивая на книжных полках злосчастную «Памелу».

— Кто вы такая на самом деле, Тесс Алкотт?

— Ну, вы меня окончательно достали. Я непременно сообщу вам, когда узнаю наверняка.

— Итак, вы намерены до конца разыгрывать эту историю с амнезией?

Тесс буквально задохнулась от ярости и, резко повернувшись к Люку, спросила:

— Вы помните свой день рождения, когда вам исполнилось пять лет?

Люк несколько опешил от столь внезапной атаки.

— Конечно, помню.

— Вы помните, как выглядела ваша детская комната?

— Ну конечно.

— А вы помните, какое у вас тогда было любимое блюдо?

— Да.

— Ну а я ничего этого не помню! — резко бросила ему Тесс. — Вы, возможно, очень ловкий адвокат, Мэнсфилд, но выведать у меня что-нибудь конкретное обо мне вы не сможете. Игрок-то из вас никудышный!

Она снова повернулась к книжным полкам, пытаясь взять себя в руки. В библиотеке воцарилась тишина. Казалось, она длилась вечность.

— Я начинаю думать, что вы правы, — мягко заметил Люк, — я не столь искушен в выведывании и выпытывании всяческих секретов и не умею втираться в доверие так успешно, как вы, но я все равно помешаю провернуть вам эту грязную авантюру. Вам меня не победить.

— Я знала, что вы начнете спорить. Мужское самолюбие не может признать свое поражение, — сказала Тесс, привставая на цыпочки, чтобы прочитать корешки книг на верхних полках. Как ей хотелось чувствовать себя спокойно, но даже сейчас она не могла расслабиться. — Но тем не менее вы правы, Мэнсфилд. Я не смогу победить, потому что я не могу проиграть. Я ищу свое прошлое, если вы не забыли. Не знаю, как насчет Джейн, но вас-то в моем прошлом точно не было. В конечном счете я сама проведу свое собственное, очень тщательное расследование, чтобы восстановить истину. Так зачем сейчас тратить силы на пустую болтовню? Я бы на вашем месте, Мэнсфилд, поберегла горло для пламенных выступлений в суде.

За ее спиной послышался сдавленный смех. Даже не оборачиваясь, она знала, что Люк стоит, облокотившись о каминную полку, и изучает ее с головы до пят.