— Прекратить огонь, движение продолжаем, цели ведём. — Не всегда сдающийся пират — это действительно сдающийся пират. — Что с астероидом?

— Сбрасывает скорость, но очень и очень медленно. У него, похоже, всего пара маневровых приспособлена под это дело. Неповоротливая глыба…

— А на правом или левом борту — батарея орудий ближнего радиуса действия. Иначе ему нет смысла сближаться, рассчитывая на разворот. — На лицо Хирако выползла довольная, ехидная ухмылка. Коснувшись панели управления перед собой, он переключился на вещание по всему своему флоту. — Поздравляю, господа. Скорее всего сегодня мы сорвали джекпот.

Ответом пиратскому капитану стали довольные где крики, а где и просто голоса членов экипажей маленькой, но опасной флотилии. Особенно сильно радовались те, для кого этот вылет под командованием Хирако стал первым. И сразу — удачный. Хорошая примета.

Очень хорошая…

* * *

Гуманоид в массивном скафандре стоял посреди то ли рубки, то ли просто заставленной техникой комнаты, сверля тяжёлым взглядом массивный рычаг. Обычно он находился под защитным колпаком, но обычно на станцию и не кидалась целая пиратская флотилия. Да ещё и тогда, когда капитан Пьер вместе со всеми кораблями, — кроме грузовиков, служащих станции двигательными установками, — отправился на очередную «миссию», как он сам любил говорить. Понятно, почему. Бюджет на строительство такой махины сам себя не пополнит, а имеющиеся запасы кредитов уже давно истощились.

Пиратам объясняй, не объясняй, что станцию из дерьма и палок не слепить — им было всё равно. Пока Стрейт не предложил просто себя пристрелить, они и не верили в то, что для дальнейшего строительства реально нужна прорва расходников и с десяток специфичных дроидов.

Сейчас же…

Признаться честно, рабство некогда старшему инженеру, а теперь беспомощному разумному на окраине галактики сильно надоело. Надоело настолько, что он был готов потянуть за рычаг, задействовав ущербную систему аварийной остановки реактора. Остановиться-то он остановится, но слепленная на коленке система охлаждения это не переживёт, и через четверть часа астероид просто взорвётся.

Смену богатства, любовниц, собственных яхт и личного острова на небольшой туристической планетке срединного региона на толпу пиратов, которых с трудом можно было назвать разумными существами, Стрейт пережил с большим трудом. Даже не условия, а компания ведомых инстинктами животных без амбиций тяготила его, заставляя задумываться о темах, в цивильном обществе являющихся табу.

Мужчина протянул руку, крепко ухватившись за рычаг. Но ни через минуту, ни через две, ни через три он так и не решился за него потянуть. Выбор между лёгкой смертью и новым витком рабства оказался не таким уж и простым: сознание жаждало забытья, но все остальные части тела были резко против расщепления на атомы. Руки одновременно и налились свинцом, и дрожали в судорогах. Перед глазами заплясали красно-чёрные пятна, а стук сердца эхом отдавался в ушах.

Состояние, прежде никогда инженером не испытываемое.

Но необычное… и забавное.

Тяжело вздохнув, он убрал руку от рычага и захлопнул крышку, разблокировать которую могли только трое: капитан Пьер, его заместитель Мидалли и разумный, ответственный за станцию — инженер Стрейт. Он сделал выбор в пользу пусть паршивой и гадкой, но всё-таки жизни. Да и не хотел он брать на свою душу грех, подорвав всех тех пиратов, что уже брали псевдо-станцию на абордаж.

Ещё раз окинув взглядом сердце станции, Стрейт отправился сдаваться. Его пленителей как раз должны добивать, так что сейчас для этого самое время…

Глава 6

Тем временем…

В момент появления в точке входа-выхода подпространственного маршрута гравитационных аномалий PR-0 находился в «гнезде» на мостике «Немезиды», и потому узнал об этом событии лишь на четыреста миллисекунд позже юнита, обрабатывающего поступающие с сенсоров флота защитников данные.