«Что произошло?»

Взгляд голубых глаз Эвана стал ледяным, когда он отвернулся от нее.

– А почему вас это интересует? Вы его не знали. Черт побери, вы едва ли знаете меня, и я не расположен говорить с вами о моем брате.

Конечно, она должна была уважать его тайну. Но в течение нескольких лет она слышала множество историй о смерти Кирана Макаллистера, и ее разбирало любопытство.

Сама Нора не верила всем этим слухам по одной только причине: если бы Эван Макаллистер убил старшего брата, другие его братья не были бы так близки с ним и не защищали бы его от всех глупых обвинений.

Любой, в котором есть хоть капля шотландской крови, знал, какому закону верен клан Макаллистеров. Если бы Эван убил Кирана, то семья никогда бы не защищала его.

Эван привел Нору к маленькой конюшне, которую она поначалу не заметила. Девушка внимательно осматривала те места, где оставила горничную, слугу отца и свою лошадь. Теперь она увидела только свою кобылу.

– Агнес? Дэвид? – окликнула Нора, ища глазами слуг.

– Кого вы ищете? – спросил Эван.

Нора, нахмурившись, продолжала оглядываться.

– Я оставила здесь своих слуг, когда пошла вас искать…

Эван удивленно смотрел на нее:

– И они вам позволили идти одной?

– Да, позволили. Ведь они должны меня слушать, а не я их. Я велела им ждать… – Нора почувствовала тревогу. – Вы думаете, с ними что-то случилось?

Прежде чем Эван успел ответить, Нора заметила кусок пергаментной бумаги, приколотой к седлу ее лошади. Нора сняла его и прочитала. Затем с недоумением посмотрела на Эвана.

– Что там? – спросил он, подходя к ней.

– Дэвид написал, что они покидают меня, – тихо и растерянно промолвила Нора.

Как они посмели так поступить с ней? Нора снова взглянула на пергамент.

– Они пишут, что передают меня в ваши руки, а им самим лучше вернуться домой, пока еще не стали искать и не решили, что они со мной заодно.

Эван сочувственно вздохнул.

– Хорошо, что я с вами, а то вы бы оказались в полном одиночестве и в опасности. Будь я вашим отцом, я бы как следует проучил ваших помощников за такую безответственность. Подобные проступки надо карать розгами или еще чем похуже.

Он рассуждал как джентльмен. Слуге следовало убедиться в полной безопасности своей госпожи и только потом уходить. Однако Дэвид всегда был преданным слугой, странно, что он так поступил.

Эван, повернувшись, свистом подозвал своего коня, и тот, к удивлению Норы, послушно подошел к хозяину, как к старому другу. Эван потрепал его по шее, ласково приговаривая:

– Ну что, дружок, ты готов тронуться в путь?

Конь заржал и потерся носом о плечо хозяина. Эван отвязал его и вывел из стойла.

Нора шла следом. Она успела увидеть аккуратное стойло и достаточно свежего сена. Сбруя и все прочее лежало по своим местам. Здесь был такой же порядок, как в пещере. Эван хорошо следил за домом и хозяйством.

Сняв уздечку с крючка, он легко и быстро подхватил тяжелое седло и вышел из конюшни. Нора с удивлением смотрела, как ловко и споро Эван обуздывает коня. Почему-то волнуясь, она любовалась, как играют мускулы на его спине, как ловки его пальцы и точны движения. Невольно вспомнилась их первая встреча в пещере, когда она увидела его обнаженным на постели.

У него красивые, густые волосы. А его ресницы… Мужчинам ни к чему такие длинные ресницы! У него они красиво обрамляли голубые, как кристалл, глаза.

«Что со мной? Откуда такие желания?»

Мать осудила бы ее за такие мысли, да и сама она должна сгореть от стыда. Ведь она считала себя девушкой высокой морали.