Иден боялась, что в эту ночь не сумеет уснуть, мысли и сердце ее были переполнены разноречивыми чувствами. Но молодость и усталость взяли свое: она слишком давно не спала в такой удобной постели. Очень быстро, как ей показалось, веки у нее налились тяжестью, и она погрузилась в глубокий сон, который наступает, когда человек измучен до крайности внутренними переживаниями.

Позднее – Иден не представляла, насколько позднее, – она внезапно проснулась от тихого щелчка дверного замка. Сквозняк раздул почти потухшие угли в камине. Иден открыла глаза и замерла в ужасе – она увидела, как кто-то высокий уселся на край кровати, и матрац угрожающе прогнулся... Чья-то рука коснулась ее. Иден отпрянула, но крик ужаса, готовый сорваться с ее уст, замер – она услышала знакомый голос у своего уха:

– Ради Бога, Иден, как по-твоему, кто я?

– Хью? – недоверчиво спросила она и услышала его приглушенный смех.

– Уж, конечно, не Фред Аберкромби, или ты, может, надеялась, что именно он?

– Фред Аберкромби?

– Будет тебе, Иден, ты прекрасно знаешь, как он смотрел на тебя весь вечер.

Удивление Иден мгновенно сменилось гневом, но она ничего не успела сказать. Руки Хью уже дотянулись до ее душистых волос, пальцы нырнули в шелковые пряди, он повернул ее лицом к себе. Она вдруг замерла.

– Чего ты хочешь? – неуверенно спросила она. В ответ Хью рассмеялся смехом, в котором безошибочно сквозило сожаление:

– Ты еще спрашиваешь, chabeli. Мы же столько времени не были вместе.

– Я совсем не уверена, после того как...

– После чего? – подхватил он, когда она замолчала на полуслове. Иден не отвечала, она только посмотрела на него с едва заметной тревогой в глазах, и Хью опустил руки. – Думаю, ты не можешь забыть Кэролайн Уинтон, но нам незачем говорить о ней.

Она испуганно замерла, когда имя этой женщины сорвалось у него с губ.

– Незачем?

– Совершенно.

– Ты уверен?

И опять руки Хью ласкали ее волосы. Он повернул к себе ее лицо так, чтобы Иден могла посмотреть ему прямо в глаза. Она не смогла отвести взгляд, оба молчали.

– Уж ты-то должна знать лучше других, что в жизни все совсем не так, как кажется вначале, – наконец тихо проговорил Хью. – Внешность так обманчива, то, что видит глаз, не всегда истина. Разве годы в зенане маярского дворца не научили тебя этому?

– Ты хочешь сказать, что я не должна верить своим глазам? – защищаясь, спросила Иден.

– Пора бы тебе понять, что я не имею привычки соблазнять замужних дам в своей гостиной, – ответил Хью, губы у него неожиданно растянулись в улыбке, – если, конечно, эта дама – не моя жена.

Пока Хью говорил все это, его руки спустили ночную сорочку с ее плеч и с наслаждением ласкали волосы. Желание молнией пронзило Иден. Он так давно ее не касался, так давно не смотрел на нее такими голодными глазами! И ей вдруг стало все равно, какие чувства он испытывает к Кэролайн Уинтон. Она забыла холодность и сдержанность, которые он проявил при встрече. Иден задрожала, когда руки Хью коснулись ее, разрушая все препятствия, которые он воздвиг между ними, стирая все, что разделяло их. Сейчас только одно было важно: тепло его губ, прикосновение его сильного тела...

– Фред Аберкромби прав, – прошептал Хью ей на ухо, – мне очень повезло. Нельзя потерять тебя..