— Не льстите себе, шериф, — сказала она с восхитительной холодностью. — Меня не так легко испугать.

— Надо думать.

— Как понимать ваши слова?

Клинт поднялся по ступенькам, остановившись лишь в футе от нее. Достаточно близко, чтобы видеть, как вздымается и опускается грудь Эмили под ее очаровательным розовым платьем. Достаточно близко, чтобы видеть лунный свет, отражающийся в ее прекрасных серебристых глазах.

— Вы не побежали от Слима Дженкса, хотя видели, что он идет к вам. Учитывая то, как вел себя этот подонок в прошлый раз, я решил сегодня…

— Я предпочла бы забыть тот день!

Клинт кивнул, внезапно рассердившись на себя:

— Я прекрасно вас понимаю. С моей стороны было необдуманно поднимать этот вопрос. Извините.

Эмили Спун опасливо посмотрела на него, даже извинение не избавило ее от подозрительности. Клинт не привык, чтобы женщины смотрели на него подобным образом — как на врага. Те, кто воспринимал его таковым, обычно являлись либо преступниками, либо вооруженными людьми, либо просто дебоширами. Но почему же эта девушка так явно настроена против него?

Вряд ли она могла ждать от него чего-то хорошего после их первой встречи возле хибары и той ссоры в тюрьме.

«А ты как думал?» — резонно спросил он себя.

Ну и ладно. Ему нет никакой надобности выяснять, что она о нем думает. А раз так, значит, не о чем с ней говорить. Она племянница Джейка Спуна и, стало быть, в курсе его дел. Если старый канюк что-то замышляет, она наверняка посвящена в его планы. Конечно, пользуясь ситуацией, можно попробовать у нее что-нибудь выведать. Девушка повернулась к двери.

— Извините. Я пойду, если не возражаете…

По какой-то необъяснимой причине Клинт тотчас преградил ей путь и легонько подтолкнул обратно в тень.

— Минуту. Есть еще одна вещь.

— Если вы хотите спросить, где мои брат и кузен, то…

— Нет, — сказал Клинт. — Я хочу спросить о вас, мисс Спун.

— Обо мне? — Она удивленно посмотрела на него. Лунный свет мягко поигрывал на ее изумительной коже и тонких чертах лица. — Я не понимаю.

Клинт внезапно почувствовал, что краснеет. Какой черт дернул его за язык? Что ей сказать? Почему он испытывает потребность разговаривать с женщиной, которая явно не желает иметь с ним никаких дел?

— Я не стал бы спрашивать вас про тот день просто из любопытства, — сказал он. — Я хотел узнать, все ли с вами в порядке. Дженкс никак вам не навредил?

— Не настолько, насколько я ему. Клинт улыбнулся:

— Вы правы. Когда я подоспел, он был уже явно не в той форме, чтобы вести борьбу.

Эмили судорожно сглотнула. О, эта улыбка! Это просто погибель для женщины. Улыбка преображала его красивое суровое лицо. Делала этого мужчину еще более привлекательным.

«Какая вопиющая несправедливость!» — подумала Эмили.

Когда взгляд синих, как штормящее море, глаз медленно прошелся по ней, у нее бешено застучало сердце.

Нужно вернуться в помещение. Немедленно. Ей нечего ему сказать. Она не может ни о чем думать, находясь рядом с ним, чувствуя на себе его проницательный страстный взгляд. Он такой высокий, крупный и греховно красивый в лунном свете! Ею вдруг овладело абсурдное желание схватить его за узкий галстук и притянуть ближе к себе. «Нет чтобы подумать, как его удушить этим галстуком!» — рассердилась на себя Эмили.

И все же Эмили понимала, что должна что-то сказать Клинту. Не то чтобы она этого хотела, но приличие требовало, чтобы эти слова были сказаны.

— Наверное, мне следует вас поблагодарить за то, что вы вступились за меня.