Подъехав совсем близко, Эмили оглядела собравшихся. Одни сидели на траве, стульях, бревнах и камнях, другие прогуливались среди ивняка вдоль ручья. Она сразу заметила Клинта. Сердце ее тотчас же болезненно порхнуло в груди. Он показался ей сейчас особенно красивым в серой шелковой рубашке и темных брюках. Шляпа с широкими полями защищала его глаза от солнца. Прислонившись к дереву плечом, он с видимым интересом беседовал с Хэмилтоном Смитом, доктором Кэлвином и Фредом Бейкером — ковбоем, с которым Эмили танцевала в отеле.

Ей не хотелось, чтобы Клинт заметил, что она смотрит на него, если он вдруг повернется в ее сторону. Поэтому она сделала вид, что с большим вниманием рассматривает лужайку с гостями. В это время ее дядя подогнал упряжку к деревьям и остановил лошадей.

Эмили увидела Карлу Мэнгли, Берти Миллер, Маргарет Смит и еще нескольких женщин, кому она шила платья, с гордостью отметив их преимущество перед остальными. Хотя от шитья платьев только для одного этого события набежала весьма приличная и обнадеживающая сумма, видя, как эти женщины, одетые в сшитые ею наряды, останавливают взгляды на Клинте Баркли, Эмили почувствовала легкую дурноту.

У нее было такое ощущение, что она не сможет даже притронуться к своему ленчу, как бы его ни оценили на празднике.

«А чью коробку пожелает выкупить Клинт Баркли? — вдруг подумала она. — Какая из леди Лоунсама удостоится этой высочайшей милости?» Не то чтобы ее это сильно занимало, но все-таки она не могла удержаться от подобных размышлений. Хотя вообще-то это не имело никакого значения. Эмили решительно тряхнула головой.

Дядя Джейк помог ей спуститься на землю. Вслед за ней выпрыгнул Джо, нервно вытирая руки о штаны. В это время Клинт повернул голову в их сторону и выпрямился. Даже на расстоянии было видно, как сузились его глаза.

— Клинт, это бесполезно, — сказал Хэмилтон Смит. — Невозможно сражаться с женщинами целого города. Причем со всеми сразу, — подчеркнул он. — Как я сказал утром Бесси, лучше добровольно сдаться. Не проще ли выбрать девушку по вкусу и жениться? Все равно рано или поздно это случится, есть на то желание или нет.

— Черта с два! — Несмотря на уверенность, с которой были сказаны эти резкие слова, Клинт почувствовал, что у него на лбу выступила испарина. И не только от жары и солнечных лучей. Он начинал чувствовать себя теленком, загнанным в угол дюжиной ковбоев, тянущих скрученные веревки к его тощей шее. — И с чего все они решили, что я хочу жениться на ком-то из них? — посетовал он, не в силах скрыть своей досады. — Ладно бы я хоть когда-нибудь сказал, что страстно этого желаю, но я и словом не обмолвился!

Клинт неохотно отвел взгляд от чудесного видения, коим являлась Эмили Спун в ее бледно-лавандовом платье — таком же свежем и приятном, как она сама, и сосредоточился на пухлом лице Хэма. Затем посмотрел на совиное лицо доктора Кэлвина. Фред Бейкер сочувственно ухмыльнулся и сказал:

— Убейте меня, если я лгу, но я не понимаю, каким образом у женщин рождаются подобные идеи. Я просто счастлив, что это вы, Баркли, оказались в поле зрения прекрасного пола, а не я.

— Я думаю, Клинт, — глубокомысленно продолжал развивать тему Хэм, — определенную роль здесь сыграла свадьба вашего брата. Даже Бесси сказала, что мужчина так или иначе придет к венцу, это своего рода предписание, и его нужно принять. Гм… они, женщины, это точно знают. Я представляю, как они сейчас рассуждают. Если Уэйд остепенился, то вы, как средний брат, просто обязаны стать следующим.

— Нет, сэр, — возразил доктор Кэлвин, подтолкнув очки повыше на нос. — Я думаю, здесь нечто другое. Людям нравится, как вы работаете, Клинт. Поэтому они не хотят с вами расставаться.