- Да неужели он... - Другой стражник сверлил О'Лири своими пылающими как уголья глазами.

- Чудовищу не хватило времени, чтобы осуществить свои грязные замыслы, - снова заблеяла круглолицая фрейлина. - Я стала стеной между ним и ее высочеством, готовая отдать себя в жертву, если это потребуется, чтобы спасти ее от этого мерзавца.

- Он что-нибудь взял?

- О, ради бога! - запротестовал О'Лири. - Я не вор. - Он взмахнул руками. - Я... - И тут мешок, который он все еще сжимал в руке, стукнул об стену. Лафайет тупо уставился на него.

- Что это у него? - Один из гвардейцев схватил мешок, развязал его и заглянул внутрь.

Через его плечо Лафайет увидел лицо Адоранны - те же совершенные черты, только теперь она наблюдала за происходящим с каким-то недобрым интересом.

- Ваше высочество! - Гвардеец шагнул к кровати и опрокинул содержимое мешка.

На покрывало, расшитое розочками, посыпалась сверкающая масса из колец, ожерелий, браслетов - при свете свечи все переливалось блестками красного, зеленого цвета. Холодным светом отливали бриллианты. Толстая фрейлина с удивлением выдохнула:

- Это драгоценности ее высочества!

Лафайет попытался сделать шаг, но почувствовал сильный укол пики в грудь.

- Кто-то сунул мне это в руки! - пытался оправдаться он. - Я шел по темному проходу и...

- Хватит, ворюга! - огрызнулся тот, что ткнул его копьем чуть ли не до крови. - А теперь давай, пошевеливайся! От меня не потребуют даже извинения, если я выпущу тебе кишки.

- Послушайте, Адоранна! Я хотел только помочь. Он сказал мне...

- Кто? Кто был твоим сообщником в этом преступлении? - Чтобы вопрос был понятнее, стражник снова кольнул его.

- Я хочу сказать, что это был мужчина... ну, такой... среднего роста, в накидке. Он пришел ко мне в комнату...

- Но как этот негодяй проник сюда? - завопила толстая фрейлина. - А вы, увальни, наверно, дрыхли на посту?

- Я прошел через какую-то раздвижную панель, - сказал О'Лири, поворачиваясь к принцессе. - Вот, прямо тут. Она сразу же задвинулась за мной и...

Адоранна вздернула подбородок, окинула его взглядом, полным презрения, и отвернулась.

- Благодарю тебя, Марта, - холодно сказала она толстой фрейлине, - и вас, джентльмены, за то, что вы так бдительно меня охраняете. А теперь оставьте меня.

- Но ваше высочество... - начала было толстая фрейлина.

- Оставьте меня!

- Адоранна, если бы вы только... - болезненный укол в солнечное сплетение заставил О'Лири отступить.

Стражники схватили его за руки и поволокли из комнаты.

- Подождите! - крикнул он. - Послушайте же!

- Завтра ты все это расскажешь палачу, - прорычал стражник. - Еще одно слово, и, клянусь всеми святыми, я избавлю корону от расходов на твою казнь.

В коридоре Лафайет, еще не оправившийся от изумления, заметил впереди перекресток. Прямо за углом, начал он импровизировать, пусть будет стоять м-м... полицейский. Он арестует этих двоих.

Стражники грубо толкнули его к повороту - полицейских там не оказалось. А жаль! Наверно, потому, что он уже видел это место раньше и поэтому не смог тут ничего изменить. Но вон та дверь впереди: она должна открыться, оттуда выползет питон, и вот тут, в замешательстве...

- Ну, иди, пошевеливайся! - Стражник грубо толкнул его к двери. Змея, увы, не появилась.

- Ага, ну, тогда оружие в кармане брюк.

Он пощупал, но ничего не обнаружил. Ему следовало бы знать, что ничего из этого не выйдет: ведь он надел брюки всего несколько минут назад, и, если бы в кармане было оружие, он бы это почувствовал. А кроме того, как он мог сосредоточиться, если эти два амбала все время тащат его куда-то? Неожиданно О'Лири резко толкнули под руку, показывая, что теперь надо спуститься вниз. Он споткнулся, и в то же мгновение на него обрушился шквал ударов.