Е л е н а  М и х а й л о в н а (виновато). Я отдала их знакомой. Она обещала купить тебе отрез на костюм.

О с т а ш е в с к и й (смотрит на часы. Достает из гардероба китель, надевает его). Извините, но я вас покину.

Е л е н а  М и х а й л о в н а. Куда же вы, Вячеслав Александрович?

О с т а ш е в с к и й. За ордером на место в гостинице.

Е л е н а  М и х а й л о в н а. Когда вас ждать?

О с т а ш е в с к и й. Часа через два… если ничего не случится. (Хлопает по плечу Андрея.) Сам знаешь, брат, — война! Сегодня здесь, завтра там. (Застегивает китель, выходит из комнаты.)

Е л е н а  М и х а й л о в н а (нервно прошлась по комнате, остановилась у окна, строго). К чему эти угрожающие тосты? Почему ты вмешиваешься в мою жизнь? Ты еще молод, чтобы диктовать матери, как ей жить!..

А н д р е й. Нет!.. Я еще не вмешивался.

Е л е н а  М и х а й л о в н а. Своим отвратительным и безобразным поведением ты позоришь меня!.. Ты мешаешь мне связать судьбу с хорошим человеком!

А н д р е й. Я мешаю тебе… связать судьбу с хорошим человеком?! Как это — я мешаю? Что ты хочешь от меня, мама?

Е л е н а  М и х а й л о в н а. Я очень прошу тебя — никогда не появляйся в таком виде! (Мягче.) А если ты захочешь меня повидать, то… лучше я сама приду к тебе. Только позови меня. У Клавдии Федоровны тебе будет хорошо. Она добрая и тебя любит.

А н д р е й. Хорошо… Я больше сюда не приду… (Поспешно наливает в стакан водку, быстро выпивает ее.)

Е л е н а  М и х а й л о в н а (берет бутылку, прячет за спину). Какой позор!.. До чего ты докатился!..

А н д р е й (сквозь зубы). Передай капитану, чтобы он хорошенько запомнил мой тост… А сама — присмотрись: какой он человек?

Е л е н а  М и х а й л о в н а (раздраженно). Что ты хочешь сказать?!

А н д р е й. Все, что я хочу сказать, я скажу ему. Только не сейчас… Чуть позже.

Е л е н а  М и х а й л о в н а. Еще раз прошу тебя, не приходи больше таким…

А н д р е й (болезненно смеется). Дожил сынок… Не приходи домой! (Дерзко.) Хорошо! Не приду. Я не-е приду-у! (Резко срывает со стола скатерть. На пол летят тарелки, рюмки, хлебница, вилки… Выбегает из комнаты.)

Елена Михайловна беззвучно рыдает.

Затемнение.

КАРТИНА ДВЕНАДЦАТАЯ

Уголок парка. На скамье сидят  О л ь г а  и  А н д р е й.

О л ь г а. Меня все это раздражает. Целый вечер я твержу тебе одно и то же, а ты… ты потерял элементарную человеческую совесть. Меня из-за тебя уже дважды вызывали в райком. Ведь это только подумать: лучший рабочий цеха, и вдруг… Ничего не понимаю. (Пауза.) Ну, что ты молчишь?

А н д р е й.