О с т а ш е в с к и й. Это… ты?..

А н д р е й. Как видите.

О с т а ш е в с к и й (брезгливо). Опять пьян?

А н д р е й. Я трезвый, как никогда.

О с т а ш е в с к и й. Почему ты здесь?

А н д р е й. Я жду вас.

О с т а ш е в с к и й. Что тебе нужно от меня?

А н д р е й. Я хочу очень серьезно поговорить с вами.

О с т а ш е в с к и й. А почему именно здесь и сейчас? Заходи домой завтра. Только приходи трезвым.

А н д р е й (сквозь зубы). Я хочу говорить сейчас.

О с т а ш е в с к и й. О чем мы с тобой будем говорить?

А н д р е й. Что вы сделали с матерью?!

О с т а ш е в с к и й. Слушай, Андрей… (Хлопает его по плечу.) Ты еще молод. Многого ты пока не поймешь.

А н д р е й. К сожалению, я слишком многое понял. Я понял, какой вы неблагодарный человек.

О с т а ш е в с к и й. Что ты еще понял?

А н д р е й. Я понял и другое. Если после всего, что вы сделали, будете и дальше мучить мою мать и спекулировать памятью моего отца, я вынужден буду… (Его трясет нервная дрожь.) Не доводите меня до крайности!.. (Рука его сжимает рукоятку кортика, торчащую из кармана.)

О с т а ш е в с к и й. Ты не только невоспитанный молодой человек!.. Ты просто хам!..

А н д р е й. В письме к матери вы называете меня пьянчугой и подонком. Какой же вы мерзавец!

О с т а ш е в с к и й. Это хулиганство!.. Я позову постового!..

А н д р е й (наступая на Осташевского). Я не верю, что вы были однополчанином моего отца!.. Не верю, что вы бывали в боях!.. Вы просто случайный свидетель смерти моего отца!.. (Угрожающе наступает на Осташевского.)

О с т а ш е в с к и й (увидев в кармане Андрея рукоятку кортика, расстегивает кобуру пистолета). Убирайся вон!.. Иначе я вынужден буду… (Направляет на Андрея пистолет.)

А н д р е й. Какой же вы трус, капитан!

Выбив из рук Осташевского пистолет, Андрей выхватывает из кармана кортик, молниеносно наносит ему удар в грудь. Осташевский падает. Кортик выпадает из рук Андрея. Он стоит, склонившись над Осташевским. Вдали слышны милицейские свистки.

Затемнение.

КАРТИНА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Следовательская комната в тюрьме. В глубине комнаты, почти под потолком, зарешеченное окно, через которое падает сноп неяркого дневного света. За небольшим столиком сидит уже немолодой  а д в о к а т. Перед ним на стуле, со скрещенными за спиной руками, сидит  А н д р е й  Р о к о т о в. Приглушенно доносится печальная песня заключенного в одной из соседних камер:

А д в о к а т (продолжая беседу с подзащитным Рокотовым). Не понимаю — почему вы так упорно не желаете рассказать суду всю правду? Ведь вы же уверены и у вас есть доказательства, что гражданин Осташевский по отношению к вашей матери и к вам поступил подло! Ведь так?

А н д р е й.