С а в е л и й. Как — и ты туда же?

Н а т а ш к а. Сергей Леонидович сказал, что если нам утвердят вторую штатную единицу лаборанта, то они обязательно возьмут меня. Он уже представлял меня академику Островерхову. Такой забавный дядька, сроду не подумаешь, что академик.

С а в е л и й. И что же сказал Островерхов?

Н а т а ш к а. Сказал, что зачислит в экспедицию, если я через неделю не буду голосить на этом островке: «Мама, прилетай за мной и возьми меня обратно».

С а в е л и й. А ты?

Н а т а ш к а (грустно). Я сказала, что у меня нет мамы.

С а в е л и й. А он?

Н а т а ш к а. Он стал расспрашивать о тебе. Я рассказала, как ты болен, какие у тебя тяжелые ранения, где ты живешь и что делаешь…

С а в е л и й. Хороший человек ваш академик. Что ты-то делаешь в его лаборатории? Поди, полы моешь и пробирки ополаскиваешь?

Н а т а ш к а. Что ты, пап!.. Полы моет уборщица, тетя Феня. Сейчас мы монтируем один сложный прибор для метеорологического зонда ракеты. Будем ее пускать зимой с острова. (Загораясь.) Ой, папа!.. Мы сейчас делаем такое, что даже невозможно рассказать!..

Возвращается  Е г о р. Кладет рядом с отцом блок сигарет.

С а в е л и й (Наташе). Да если бы не эта чертова болячка (приложил ладонь к левой стороне груди), то завтра пошел бы к вашему академику проситься хоть грузчиком в вашу экспедицию.

Н а т а ш к а. Ты молодец, пап! Ты сообразительный, ты все понимаешь сразу и правильно. Хочешь, я сбегаю, куплю мороженое?

С а в е л и й. Сбегай. (Достает из кармана мелочь, протягивает ее дочке.) Только не попадайся на глаза главврачу.

Н а т а ш к а. За кого ты меня принимаешь? Мы с Егором укрощаем молнии, а ты мне, как нищенке, суешь полтинник на мороженое. У меня свои… (Убегает.)

Савелий и Егор закуривают. Некоторое время молчат.

С а в е л и й. Как она там — слушается старших?

Е г о р. Старается. Хвалят ее. Она ловкая и сообразительная. Академик Островерхов включил ее в группу нашей экспедиции.

С а в е л и й. Это хорошо. Передай своему академику от меня поклон и спасибо. Наташкой я доволен, а вот ты… Ты мне не нравишься.

Е г о р. Что я делаю плохого?

С а в е л и й (завидев кого-то в глубине больничного двора). Кто это? Неужели Леонид Сергеевич? (Встал.)

Е г о р. Он. (Тоже встал.)

К скамье подходят  Л е о н и д  С е р г е е в и ч  и старая  н я н я  в халате.

Н я н я. Только недолго. Главврач разрешил в порядке исключения. (Сердито.) У него постельный режим, а он, видишь: хоть привязывай к койке. (Уходит.)

Савелий и Леонид Сергеевич молча обнимаются.

Л е о н и д  С е р г е е в и ч. Старший сержант Истомин! Ты чего это надумал в такое горячее время таскаться по госпиталям? Не дело, не дело, старина.