Что ж, мы официально достигли поверхности.

Колокол несколько раз качнулся, и я на всякий случай подобрал под себя ноги, чтобы ни за что не зацепиться ими. И вовремя — подо мной как раз мелькнула сначала белая морская пена на том месте, из которого вытащили колокол, а потом, почти сразу же — палуба корабля, собранная из металлических пластин на заклепках.

— Вот мы и прибыли. — констатировал Винс, глядя вниз точно так же, как и я. — Мы сейчас обратно на дно, смену обрабатывать, а ты спрыгивай, тебя уже ждет капитан!

— Капитан чего? — хмыкнул я, переводя взгляд на Винса.

— Капитан самого лучшего, самого современного и самого быстрого свободного стропера во всех океанах! — с гордостью ответил тот, причем в его глазах читалось, что он уверен в своих словах. — Капитан «Бекаса»!

— Я тебя понял. — я кивнул. — Ладно, парни, тогда вам удачи и за лом извиняйте. Впрочем, возможно, вы еще сможете найти его на самом дне.

Я подмигнул им и спрыгнул вниз, на палубу корабля. Самортизировал ногами, коснулся нагретой солнцем палубы руками, и быстро оглядел «самый лучший, быстрый и современный» корабль, на который меня занесла нелегкая.

И не сдержался, чтобы не высказать собственное мнение:

— Ну и… Корыто!

Глава 4

Нагретый ярким полуденным солнце металл палубы ощутимо припекал пятки, но я не обращал на это внимания. Я во все глаза разглядывал «самый быстрый, пацанский и вообще крутой» корабль, и ощущал себя так, словно мне пообещали показать гоночный болид, а потом заявили, что он у бабушки в деревне, но зато есть ржавый велосипед. Потому что назвать эту посудину современным кораблем… Ну, это вообще надо иметь очень слабую связь с реальностью.

Палуба под ногами — грубая мозаика из стальных листов, проклепанных заклепками размером с мой кулак, причем проклепанными местами так неровно, будто по ним вручную молотками стучали несколько часов подряд. Над головой возвышались две огромные широкие черные трубы, и было не особенно понятно, черные они от того, что их так покрасили на заводе, или это следствие оседания такого же черного и непрозрачного дыма, что валил из них, как будто там внутри расположили настоящий биореактор. Да будто этого было мало, дым еще и вонял как старый завод дореволюционных времен… Хоть я и не видел никогда таких заводов. Но ощущение, что они пахнут именно так — сгоревшей соляркой и маслом не самого высокого качества, никуда не делось.

Ниже, под трубами, на крыше надстройки, торчало несколько антенн, больше похожих то ли на диковинные вешалки для сушки одежды на ветру, то ли на те старые логопериодические антенны, что использовались в телевизорах, когда те были еще черно-белыми. Никаких тебе современных тарелок, полукруглых колпаков радиолокационных система, и прочих радарных радостей. Действительно, зачем знать, что творится в море вокруг тебя? Лучше радио «Маяк» ловить.

Фальшбортов у корабля как таковых не было, вместо них на толстых столбиках, вваренных прямо в палубу крепились цепи, каждое звено которых могло удержать целый танк, не то что неловкого человека. А у входа в надстройку из палубы торчал какой-то железный ящик, снабженный клапаном, из которого каждые две секунды вырывалась струйка пара, откидывая легкую железную крышечку.

Я, конечно, понимаю, что с современном корабле переключатели, предохранители и провода не торчат из каждого стыка и вообще мало попадаются на глаза, если не знать, где их искать, но «Бекас»… В нем как будто вообще не было никакой электроники, ну или самый ее минимум! Рычаги, вентили, непрозрачный дым, и дизель вместо крови — вот из чего был собран этот корабль, «самый современный и новый».