— Ну а какие-нибудь огромные щипцы, сделанные в форме челюстей? — не сдавался Молдер.

— Ни у одного человека не хватит сил, чтобы управиться с таким огромным и неуклюжим инструментом. Тем более под водой. Вспомни — Берко-вич одновременно с укусами еще и захлебнулся. В нескольких местах его кости даже не раздроблены, а просто прокушены. Человеку такое чудовищное усилие не создать.

«Неужели все-таки Биг-Трэйк?» — подумал Молдер и сказал:

— Ну что же, придется устанавливать это самое неустановленное животное…

— Не придется, — сказал вдруг Хэммет. Коллеги уставились на него с немым вопросом.

— Я его сегодня видел. Впечатляет.

ВЕРСИЯ 1. ХЭММЕТ

— Надо думать, тут сыграл свою роль определенный стереотип мышления. Когда речь заходит о каком-то монстре, обитающем в воде, первым делом приходят в голову «Челюсти» Питера Бенчли. А затем и остальные бесчисленные продолжения и подражания — как книги, так и фильмы. Газетчики тоже, кстати, мыслили шаблонно — и поместили в свою статейку кадр из одноименного фильма. Когда я сегодня увидел рекламу акванарка и океанариума «Блю Уорд» с изображением белой акулы, то тут же вспомнил: там в одном из продолжений «Челюстей» используется схожий сюжет — акула-убийца проникает в аквапарк. И предположил, что мы имеем дело с обратным случаем — акула вырвалась из океанариума в озеро. О чем владельцы и управляющие сего заведения старательно умалчивают. Кстати, догадайтесь: кто владелец «Блю Уорда»?

— Вайсгер? — хором догадались Скалли и Молдер.

— Он самый. На паях, правда, с Институтом Океанологии в Сан-Франциско. Вайсгер дал деньги, океанологи предоставили свои методики разведения морской фауны в искусственных условиях, кое-какое оборудование и нескольких специалистов. В какой пропорции они делят прибыли, мне не известно. Вернее, собираются делить — аквапарк построен недавно и едва ли успел окупить вложения… В любом случае, становится вполне понятным стремление Вайсгера замять дело. Тут грозят не только потери прибылей от туристов, но и многомиллионные иски от семей погибших.

— Версия отдает Голливудом и крайне сомнительна, — вынесла вердикт Скалли. — О таком событии знало бы слишком много людей: персонал, посетители… Наверняка информация просочилась бы. Да и прятать в мешке шило таких размеров бессмысленно. Рано или поздно все раскроется, а количество жертв — и общая сумма исков — за это время только вырастет.

— Я й не настаиваю на этой идее, — сказал Хэм-мет. — Просто объясняю, что привело меня в аквапарк. Там выяснилось, что никакой акулы и не было. Вообще. Не смогли доставить, сдохла по дороге. Но заодно выяснилось и кое-что еще. Месяц назад из дельфинария при аквапарке сбежал огромный сивуч.

— Сивуч?

— Да! Здоровенное и агрессивное ластоногое, обитающее на Алеутах. На такой жаре ~ особенно агрессивное. При побеге, кстати, сивуч покалечил сторожа.

— Тут встают те же проблемы, что и в первом случае, — сказал Молдер. — Почему весть об этом широко не разошлась?

— Вайсгер выкрутился.