Трэйк-Бич, гостиница «Олд Саймон», 25 июля 2002 года, 14:13

Детектива Молдер увидел случайно, возвращаясь с обеда, — Хэммет шел навстречу по гостиничному коридору. Скалли по возвращению с озера заперлась в своем номере, с головой уйдя в виртуальный мир, — и пообещала, что к вечеру объемная компьютерная модель убивших Берковича челюстей будет закончена, равно как программа иденти: фикации прикуса.

Внешний вид детектива удивил Молдера. Тот был одет не в строгий костюм, в котором выступал как представитель полиции штата, но и не во что-нибудь ярко пляжное, как человек, желающий выглядеть своим среди толпы курортников. Скромный и неброский наряд Хэммета — рабочие брюки, синяя блуза со множеством карманов — делал его похожим на рабочего-сезонника. Изрядное количество таких людей приезжало в округ Трэйк в конце весны, дабы помочь местным жителям управиться с наплывом туристов, — а осенью исчезало в неизвестном направлении до следующего года.

Решил поиграть в великого сыщика Шерлока Холмса, подумал Молдер. Интермедия с переодеваниями…

— Хэммет! С вами было не связаться, телефон не отвечал… Важные известия, пойдемте поговорим.

— Ах, масса, у бедного, ищущего поденную работу афро-американца откуда быть в кармане мобильному телефону? — После этих слов ищущий поденную работу афро-американец ухмыльнулся и шагнул в номер Молдера.

Выслушав рассказ о смерти Фрэнка Косовски и о предложении Кайзерманна, Хэммет сказал:

— Боюсь, наш шериф ищет там, где никто и ничего не прятал… А вы, Молдер, что-нибудь раскопали? Сами? Или тоже идете по путям, услужливо подсказанным вам братьями Вайсгерами?

Молдер испытующе смотрел на него. Версия, что детектив полиции штата работает за нефтедоллары русского «барона», выпустившего к тому же в озеро крокодила-убийцу, не казалась ему правдоподобной. И он решил сыграть в открытую:

— Скажите, Хэммет, вам что-либо говорит фамилия Баймухаммедов? — сказал Молдер, с трудом заучивший непроизносимую фамилию русского.

— Ровным счетом ничего.

— Это русский нувориш, скупивший земли на северном берегу Трэйклейна и желающий выжить Вайсгеров с насиженного места. Джон Вайсгер уверен, что вы — прямо или опосредованно — на него работаете. А также в том, что подручные Баймухам-медова ответственны за дела «монстра озера»…

Он внимательно следил за реакцией Хэммета. Тот остался невозмутим.

— Вот оно что… — протянул Хэммет. — Вполне в вайсгеровском духе… Грязный ниггер помогает грязному русскому лишить последнего куска хлеба белого англосакса и протестанта… — Он неожиданно сменил тему: — Вы знаете, Молдер, отчего тот участок берега у Пфуллэнда, где нашли Берковича, покрыт острыми камнями? В то время как многие более далекие места тщательно расчищены и засыпаны привозным песком?

Молдер покачал головой. Об этом действительно странном факте он не задумывался. Трудно было поверить, что, планируя с нуля свой курорт, старик Вайсгер оставил без внимания кусок берега, способный принести многие доллары.

— Все очень просто, — сказал Хэммет. — До шестьдесят восьмого года там был пляж для черных. Для черных, понимаете?! Люди заходили в воду в сандалиях с деревянной подошвой, потому что острые обломки камней до крови резали ноги — а среди иных местных жителей к тому же считалось хорошим тоном по ночам швырять там в воду битое стекло… Вайсгер-отец говорил, что загорающий негр — самый короткий и смешной анекдот, который он только слышал в жизни. И что его дед участвовал в рейде Шермана  не затем, чтобы негры и белые лежали рядом на одном пляже.