Дженкс схватил ее за руку и притянул к себе так близко, что почти уткнулся носом в ее щеку.

— Ну, говори же! — Его руки дрожали, а в глазах появился недобрый огонек.

Чесси с ужасом смотрела на мужа, тихо всхлипывала а из носа потекла тонкая струйка.

— Боже мой, Ник… — Она была ужасно напугана, и это нравилось ему больше всего. Он любил видеть страх в ее глазах, хотя на людях позволял ей не показывать этого.

— Чесси, — грозно зарычал Дженкс, — скажи это!

Он вывернул ей руку, а потом завел ее за спину. Чесси дышала так глубоко, что ее небольшая грудь высоко вздымалась под майкой, а на шее появились первые капельки пота, которые стекали по ложбинке вниз.

Не дождавшись от нее нужной реакции, он еще сильнее заломил ей руки и потащил в спальню, дверь в которую распахнул ударом ноги. «Что она себе позволяет, эта сучка из полиции? — подумал он, с трудом сдерживая накопившуюся ярость. — Пришла сюда в своем задрипанном платье из дешевого магазина и еще пытается обвинять в чем-то меня! Проститутка несчастная!»

Он потащил Чесси к небольшому чулану, где хранилась ее одежда, и затолкал внутрь. Там было темно. Ему нравилась эта темнота, а еще больше нравилось слушать ее всхлипывания и вдыхать приятный аромат дорогих духов. Дженкс прижал Чесси к стене, провел рукой по ее бедрам, расстегнул молнию, сорвал с нее брюки вместе с ажурными трусиками, а потом, раздвинув ягодицы, резко вонзил в нее свою упругую плоть.

Чесси вскрикнула от боли и еще громче заплакала.

— Никки, не надо, пожалуйста.

— Ты знаешь, что нужно сделать, чтобы я прекратил это, — злобно прошипел ей на ухо муж.

— Гав, — тихо пробормотала она охрипшим голосом.

Дженкс удовлетворенно хмыкнул, продолжая терзать Чесси своими ритмичными движениями, погружаясь в нее с такой силой, что, казалось, вот-вот разорвет ее на части. Он знал, что ей нравится грубая сила, нравится быть беспомощной и слабой. Им всем это нравится, хотя далеко не все женщины признаются в этом. А он знает все их слабости и может удовлетворить их скрытые наклонности. Именно поэтому они и липнут к нему.

— Гав, — снова повторила Чесси, но уже громче, — гав, гав… Ты этого хочешь. Ник?

Да, он хотел именно этого. Правда, не только этого, но этого прежде всего. Все остальное потом.

— Тебе нравится это, Чесси, — прошептал он. — Нравится, я знаю. Именно поэтому ты и находишься здесь.

А я решила отыскать его бывшую жену и поговорить с ней. Не исключено, что она окажется более словоохотливой и расскажет что-нибудь интересное о похождениях бывшего мужа. Найти ее оказалось совсем нетрудно. Просмотрев компьютерный банк данных нашего департамента, я нашла ее обращение в полицию, в котором был зафиксирован домашний адрес. Вскоре после развода Джоанна Дженкс вернула себе девичью фамилию и теперь проживала под именем Джоанны Уэйд на Филберт-стрит 1115, что почти на вершине Рашн-Хилл.

Это был симпатичный дом из красного кирпича, приютившийся на одном из самых крутых склонов холма. Позвонив в дверь, я представилась служанке, но та сообщила, что миссис Уэйд сейчас нет дома. Оказалось, что Джоанна ведет довольно активный образ жизни и в данный момент находится в тренажерном зале на площади Согласия.

Я отправилась прямо туда и через некоторое время уже была в зале "С", где усердно потели восемь молодых женщин. Среди них была только одна блондинка, что позволило мне безошибочно определить Джоанну.

Я подождала окончания занятий и подошла к ней в тот момент, когда она вытирала с лица пот.