Идеально, чтобы руна с Феху была изображена на дереве. Лучше над притолокой дверного проема. Наверху, а не внизу, иначе богатство из дома будет утекать. Можно изобразить руну на камне, правда, тогда эффект окажется слабее. Или придется задействовать большее количество силы. А еще стоит учитывать время суток, лунный цикл и средство нанесения. Уже труднее? Да не особо… Это пока были цветочки, ягодки шли дальше.

Если для одной черточки было столько заморочек, то двойные руны попросту съели мой мозг. Феху с Исой давали один эффект, но вот стоило их поменять местами, как все менялось. К тому же Феху в качестве жертвоприношений любила кровь. Поэтому, если дополнительно пролить на руку собственную юшку, то и на выходе мы получали совершенно другой результат. Но, все это действовало, пока руны не клали на землю. Последняя нейтрализовала Феху-Иса полностью, но не Иса-Феху. Короче, я понял, что попал и лучше бы у нас шесть уроков подряд была алгебра, а не вот это вот все.

Когда Козлович захлопнул свою папку, стер с доски и попрощался, мне подумалось, что прошла целая вечность. Даже короткая перемена между уроками не помогла. Судя заторможенным действиям одноклассников, не мне одному «Руноведение и нумерология» (какой кошмар, потом еще и нумерология прибавится) далась тяжело. Однако времени растекаться мелкой кашицей под парту не было. Именно после шестого урока у нас начинались занятия в клубах.

Ребят я дожидаться не стал. Хотят обижаться, тут я уже ничего не поделаю. Добежал до комнаты и обнаружил на своей кровати сложенный спортивный костюм с кроссовками. Точь-в-точь, как тот, что видел у Рамиля. Когда я уже почти переоделся, пришли соседи. Молчаливые, хмурые, глядящие исподлобья. Да, да, помню, я враг народа и все время что-то делаю не так. Без лишних предисловий бросил портфель на кровать, сложил школьную форму, а то еще помнется, и вышел наружу.

Куда идти, примерно помнил из экскурсии с Козловичем. Поэтому я направился к лесным тропинкам и благополучно… заблудился. В итоге вышел к огражденному высоким забором полигону, куда стекались все сплошь благородные. Вернулся в лес и ходил еще минут пятнадцать. Нет, вот действительно, как в сказке, «там по неведомым дорожкам». И вскоре столкнулся нос к носу с Рамилем, который вынырнул из-за очередного дерева. От удара я сел на задницу, да так и сидеть и остался.

— Я так и знал, что ты не туда пойдешь, — сказал сосед с таким веселым видом, будто раньше между нами никаких размолвок и не было.

— Откуда? — спросил я, поднимаясь и отряхивая тренировочные штаны.

— Так все с непривычки теряются. Учителя не замечают странностей школы, думают, что все в полном порядке, а вот нам все в новинку. Погоди, сними кроссовок.

— Зачем это еще?

— Сними, сними. А теперь носок надень наизнанку.

С большим подозрением, но я все же выполнил указание Рамиля. Не знаю, гром не грянул, тайные тропы не открылись? Лишь высокий сосед стоял и улыбался во все свои тридцать четыре зуба.

— Слушай, давай разберемся сразу, чтобы потом не возвращаться к этому разговору, — сказал я, — это что с Димоном за фигня была? И с тобой тоже? Чего надулись?

— Ну, в общем, — сразу сникла улыбка Рамиля, — есть темы, которые лучше не поднимать. Байков вообще спокойный как танк. Но конкретно про фамилию и семью с ним лишний раз говорить не стоит. Поэтому и я тебе при Байкове объяснять ничего не стал. Захочет, сам расскажет. Если коротко, он бы и рад скинуть с себя бремя главы рода, да куда уж там. Сложно все. Да ты не переживай, Димон пацан отходчивый.

— Ладно, замяли, — хлопнул я его по плечу. — Пошли, что ли, на занятие. Куда нам?

— А вот ты сам и скажи, — снова улыбнулся сосед.