Поднялся лес рук. Множество людей предпочли вообще не голосовать, но большая часть толпы хотела, чтобы мы остались.

Массен с отвращением фыркнул, зашагал прочь и пропал между домами.

— Тогда мы останемся, чтобы выследить вашего убийцу, — заключил Лукас. — Если в какой-то момент вы передумаете, просто поговорите с вашим адмиралом, и он проведет новое голосование. Теперь я…

Лукас оборвал фразу. Толпа посмотрела назад и посторонилась, пропуская группу из троих мужчин и трех женщин в одинаковых синих пиджаках. Ее лидер, долговязый мужчина лет под тридцать, подошел к Лукасу.

— Я Кейдор, глава службы безопасности фермы. — Он указал на остальных. — Эти пять человек — мой заместитель и главы четырех региональных отделений.

— Рад с вами познакомиться, — беспокойно ответил Лукас. — Прошу прощения, что мы не связались с вами ранее, но я занимался нападением на одного из моих людей, а затем этим эфиром.

Кейдор пренебрежительно махнул рукой.

— Мы пришли не за извинениями. Мы здесь, чтобы ваш носач прочел наши разумы. Один из нас убийца.

Глава 30

Я еще сохраняла связь с разумом Лукаса и его ушами слышала судорожные вздохи толпы. Еще несколько вздохов донеслись через передатчик. Уже спешащие мысли Лукаса разогнались до такой скорости, что слились в неразличимое пятно, но когда он заговорил, его голос выражал скорее любопытство, чем шок.

— Это очень интересное утверждение. Не могли бы вы объяснить, почему считаете, что один из вас виновен?

— Эти нападения продолжаются по крайней мере шесть месяцев, — сказал Кейдор. — Сначала никто не понимал, что происходит, поскольку первые западни были расставлены так, чтобы инциденты выглядели убедительными несчастными случаями.

Кейдор всплеснул руками, словно едва сдерживая разочарование.

— Ситуация изменилась за пару недель до Хеллоуина, когда убили Хейзел. Преступник не пытался представить ее смерть случайной. Это было очевидное убийство — отравляющее вещество добавили в жаркое с сильным вкусом.

Еще один отчаянный взмах руками. Похоже, Кейдор не мог говорить, не сопровождая речь, по крайней мере, тремя жестами.

— Мы собрали группу наиболее вероятных подозреваемых и отправили их в улей. Все они вернулись невиновными. Мы послали вторую группу, но и их объявили непричастными к преступлению.

Он застонал.

— К тому времени люди уже страдали от неприкрытых ловушек. Все понимали, что предыдущая вспышка происшествий произошла не из-за массовой беспечности, а по чьему-то злому умыслу. И очевидно, у людей росло нетерпение из-за неспособности служб безопасности фермы найти преступников.

Плечи Кейдора поникли, а экспрессивные руки резко опали поверженным жестом.

— Когда и нашу третью группу подозреваемых объявили невиновными, я начал сам обдумывать отсутствие продвижения. Почему методы, использованные нами прежде, на этот раз оказались такими безуспешными?

Он снова застонал.

— Очевидное объяснение — нападения совершал работник служб безопасности, а затем подделывал результаты расследования, чтобы себя защитить. Должно быть, вы тоже это подозревали, командир-тактик Лукас.

— Эта мысль приходила мне в голову, — признал Лукас.

— Я ограничил число вовлеченных в расследование людей дюжиной самых доверенных членов персонала, — продолжал Кейдор. — Мы вдумчиво собрали четвертую группу подозреваемых, но вновь не смогли найти настоящего виновника.

Руки Кейдора внезапно ожили и потянулись вверх, взывая к небу.