Лукас кивнул.

— Есть одно небольшое осложнение, — замялся адмирал. — Наша рыболовецкая флотилия возвращается, но к нам движутся и корабли другого улья.

— Что? Почему сюда идут чужие лодки? — потребовал ответа Адика.

«…даже сухопутная крыса поняла бы это, но надо сохранять терпение и объяснять…»

— Морская ферма другогого улья расположена гораздо дальше нашей. Люди попадут в шторм, прежде чем туда доберутся. Поэтому они идут сюда.

— Вам придется запретить этим кораблям сюда заходить, — сказал Адика.

Я почувствовала, как мысли адмирала вспыхнули гневом.

— Я не могу этого сделать. Их флотилия в опасности и ищет безопасную гавань!

Меня накрыло эмоциями и воспоминаниями о захватившем нас в море шторме. Заливающие все волны, ледяной ветер и настолько заваленный киль лодки, что палуба под моими ногами встала почти вертикально. Я задохнулась от облегчения при виде сияющего маяка в Убежище другой морской фермы. Этот маяк означал грань между жизнью и смертью.

В этот момент адмирал подумал о правилах межульевого договора, обязующих все морские фермы давать укрытие находящимся в беде кораблям. С обращением к этой вложенной информации меня затопило связанными с ней фактами. Почему на морских фермах иные правила. Почему их населению разрешено контактировать с другими фермами и даже переселяться с одной на другую. А самое главное, почему Организация объединенных ульев настаивала на их существовании в каждом улье.

— Люди из другого улья представляют угрозу безопасности Эмбер, — заявил Адика. — Их лодкам придется…

Я перебила его с неистовой страстью и знанием адмирала.

— Адика, я знаю, что ты отвечаешь за безопасность отдела, поэтому импринтинг и тренировки заставляют тебя считать представителей другого улья угрозой, но мы не можем отвернуться от чужой рыболовной флотилии. Люди на борту тех лодок не отличаются от жителей нашей морской фермы, и отказывать им в убежище бесчеловечно. К тому же это навлечет санкции на наш улей, поскольку правила межульевого договора включают согласие на просьбы о предоставлении безопасной гавани.

— Что? — Адика покачал головой. — Лукас, если в договоре есть это правило, нам придется отправить Эмбер в улей и поймать последнюю цель без нее.

— Слишком поздно, — возразил Лукас. — Наши самолеты присоединились к спасательным работам. Их отзыв потребует времени, а ветер уже достиг такой силы, что я не рискну отправлять Эмбер куда бы то ни было.

Он посмотрел на адмирала.

— Лодки из другого улья, очевидно, укроются за волноломом. Их команды во время шторма останутся на борту?

— Правила безопасной гавани включают и простейшее гостеприимство, — ответил Трегерет. — Наш гостевой район расположен на четвертом уровне Убежища. Там комнаты на несколько человек и общая территория для еды и отдыха.

— Вы имеете в виду, что люди из другого улья проведут это время в самом Убежище? — Адика застонал. — О каком количестве народа мы говорим?

Адмирал взмахнул руками с видом полнейшего незнания.

— Понятия не имею. Зависит от того, сколько лодок вышли в плавание. Возможно, о нескольких сотнях человек.

— Несколько сотен! — в шоке повторил Адика.

— Я уверен, адмирал примет меры предосторожности, чтобы эти люди не болтались по Убежищу, — спокойно сказал Лукас.

— Чужая рыболовная флотилия никогда не нарушит правил безопасной гавани, выйдя за пределы гостевой территории, — уверил адмирал.

Адика неверяще фыркнул.

— Адмирал прав, — согласилась я.