Эмили кивнула.

— Генекс не стал бы участвовать в саботаже, когда там бродят орды инспекторов и расспрашивают о причинах каждого вылета, каждой торговой сделки и обмена персоналом за последние двадцать лет.

— Возможно, есть простое объяснение этой фразы адмирала. — Лукас постучал по инфовизору. — Я пошлю Джунипер сообщение и попрошу мне позвонить. Будем надеяться, ей удастся скоро оказаться вдалеке от чужих глаз и…

Лукаса прервал звонок инфовизора.

— Это произошло примечательно быстро. Чтобы не тратить время на представления, тактическая группа может отойти в дальний конец комнаты? Тогда Джунипер увидит только Эмбер и меня.

Люди поменяли положение, и Лукас спроектировал изображение Джунипер на стену помещения. Она держала инфовизор в правой руке и смотрела на экран, поэтому я видела только ее голову и плечи. Джунипер куталась в толстую куртку, волосы развевались на ветру, а на заднем плане за ее спиной я заметила гальку, песок и небо.

— Джунипер, ты одна и в стороне от камер наблюдения? — спросил Лукас.

— Да, сэр, — быстро проговорила Джунипер. — Как только увидела приближение ваших самолетов, я подумала, что вы захотите мне позвонить, и пошла на пляж. Безопасность морской фермы не может устанавливать оборудование слежения на пляжах, потому что приливы уничтожат его. А любого прохожего я разгляжу издалека.

Она перевела дух.

— Персонал самолетного ангара рассказывает всем, что вы привезли трех носачей. Один из них читал мой разум?

— Да, — ответил Лукас. — Я привез с собой трех носачей, но полагаю, что именно тот, кто читал твой разум, будет делать большую часть работы.

— Должно быть, вы взяли с собой много других людей, если вам понадобилось семь транспортных самолетов. А зачем вас сопровождало такое огромное количество истребителей?

— Боевые самолеты должны были показать жителям фермы, что улей всерьез воспринимает их проблемы, — объяснил Лукас. — Это сработало?

— Да, сэр, — с готовностью ответила Джунипер. — Небо почернело от самолетов, а звук их моторов напоминал гром. Мы никогда не видели ничего подобного. Что произойдет дальше? Вы хотите, чтобы я пришла в Убежище и помогла вам, сэр?

— Я хочу, чтобы пока ты держалась на заднем плане, наблюдала за реакцией людей на меня и помогала нам общей информацией. Сейчас у меня есть к тебе несколько вопросов. Днем адмирал выступит в прямом эфире с молла. Я намерен присоединиться к нему и сказать несколько слов. Это выглядит хорошей идеей?

— Определенно, сэр. Все эти самолеты… Да, они смотрелись очень впечатляюще, но и пугающе. Все думали, что вы привезли с собой сотни носачей. Работники ангара рассказали, что их только три, но вы все равно должны появиться в прямом эфире и убедить людей, что силы улья возглавляет человеческое существо.

— Это превосходное замечание, — сказал Лукас. — У меня есть еще один вопрос. У кого-то из жителей фермы есть причина использовать фразы из языка другого улья?

Джунипер, казалось, удивилась.

— Полно, сэр. Что это за фраза?

— C’est mon coeur qui te parle, — процитировал Лукас.

Джунипер кивнула.

— Обычно люди используют фразы из языка другого улья, потому что их прибило к нашему берегу, или они тесно связаны с теми, кого к нам принесло. Но именно эта фраза стала популярна на всей ферме. Ей могут воспользоваться практически все, подчеркивая свои сильные чувства к чему-то.

— Ты можешь мне объяснить термин «прибило к берегу»? — попросил Лукас.

— Так говорят о кусочках дерева, которые море выбрасывает на пляж.