Константин Соловьев. Урод
Часть первая
Глава 1
Они вошли на закате Эно. Увидев их, трактирщик нахмурился и постарался незаметно отойти в сторону. Он не боялся, был для своих пяти десятков крепок и жилист, способен постоять за себя и свое добро. Случалось и пьяные драки разнимать, и разбираться с заезжими шеерезами, да и поножовщиной в трактире никого не удивишь. Нет, он не боялся. Но встретившись взглядом с вошедшими, счел за лучшее освободить дорогу и сделать приглашающий жест. Мгновение поколебался, не закрыть ли трактир, но крохотная дрожащая жилка в мозгу не позволила. Он лично провел их к столу и удалился на свое место. Эно не заладился с самого начала, Ушедшие тому свидетели, с самого утра у него не было ни минуты передышки. Фасх из вскрытой сегодня бочки недобродил, отдавал кислым, посетители остались очень недовольны, мясо дважды подгорало, у одного из табуретов из задней комнаты отломилась подпорка. Мало того, что Ушедшие и так забыли бедного трактирщика, еще и Малия захворала, это сейчас-то, когда на счету каждая пара рук… Трактирщик вздохнул и принялся вытирать чистой тряпицей кувшины, чтобы занять руки. Время от времени он осторожно косился на вошедших, но поспешно опускал взгляд. – Они сказали – фасх, – торопливо затарабанила маленькая Тира, поспешно подбегая к нему. – Пять кувшинов, самого лучшего, сказали пошевеливаться. – Фасх? – Трактирщик нахмурился, машинально протирая стекло. – Сейчас будет. Ты не заметила, они при деньгах? Простодушная Тира смущенно улыбнулась. – Целая куча! – сообщила она шепотом. – У главного тулес аж звенит! Наверное, еще долго будут сидеть – все вроде трезвые… Это было плохо. Трактирщик поймал себя на мысли, что испытал бы большее удовольствие, если б непрошеные гости покинули его заведение, плевать на деньги, но желание посетителя – закон, это известно каждому. – Держи. – Он быстро, один за другим, наполнил пять кувшинов вязкой, вяло колышущейся жидкостью. – И поживее, чтоб не ждали. Подхватив все кувшины и прижав их к небольшой, только начавшей формироваться груди, Тира проворно отнесла заказ. Посетители встретили ее появление внимательными взглядами и кивками. Не понравилось это трактирщику, ох не понравилось. Добрый человек, зашедший в трактир выпить кружку-другую спелого фасха, никогда не будет вести себя настороженно, добрый человек и кружку поднимет громко, и девушку завсегда щипнет куда положено. А эти… Трактирщик нахмурился и принялся опять протирать кувшины. Эти нехорошо посмотрели, равнодушно. Словно и не за столом сидят, а дикого хегга травят – глаза медленные, ледяные, неживые. И на Тиру посмотрели нехорошо – не то с равнодушным презрением, не то с отвращением. «Если что – не обойдется, – с тоской понял он, – на таких не крикнешь, не пригрозишь спрятанным под стойкой стисом, такие будут делать что хотят, и на них не будет ни закона, ни управы. Поэтому будет лучше, если они быстро выпьют свой фасх и уйдут подобру-поздорову. Во имя Ушедших, действительно будет лучше». Их было пятеро, и одного из них он знал – это был Армад, дружинник шэла. Несмотря на почти преклонный возраст, он, как и полагается доброму дружиннику, еще не отрастил живот, был высок, крепок в кости. Руки, нежно оплетающие горловину кувшина, синели крупными жилами. Армад заходил в его трактир издавна. Пил в меру, бесчинств не устраивал, если был в настроении – даже одергивал других, поить его трактирщик согласился бы и даром – дружинник шэла это не только известность, это еще и защита. Защита надежная – кто станет связываться со слугой самого шэла, пусть даже и не наследника?. |
