Кэтрин в очередной раз посмотрела в окно.

– Огонь. И повсюду дым.

С губ молодого человека сорвалось проклятие. Девушка же вновь принялась расхаживать по комнате. Чуть раньше она послала Гвен разыскать свободного стражника, чтобы тот мог в случае нужды защитить Брайса и Эйдана. И теперь воин уже стоял у двери. А Элгу Лора увела в один из покоев наверху.

Кэтрин то и дело выглядывала в окошко; она ужасно боялась за Эдрика. Страх этот, казалось, горел у нее в груди и сжимал горло. И он не отпустит ее, пока Эдрик не вернется домой целый и невредимый.

Она и сама не знала, когда ее отношение к саксу изменилось. Возможно, в момент, когда он сказал, что она создана для него… Да, наверное. Потому что эти его слова – чистейшая правда.

Он поклялся больше не брать себе жену, но Кэтрин вспомнились слова Элги, сказанные Лоре, мол, не следует горевать о том, чему никогда не бывать.

Годится ли этот совет и для нее, Кэтрин? Ей не стать замужней женщиной и не носить под сердцем ребенка, если она уйдет в монастырь. И там, в монастыре, ее ждет совершенно безрадостная жизнь.

Но, задержавшись в Бракстоне, она наверняка лишится невинности, поскольку чувствует себя абсолютно беззащитной перед чарами Эдрика. Стоит ему прикоснуться к ней – и она теряет остатки разума. А от его поцелуев тает, точно воск над огнем.

Разве она может остаться здесь, зная, что произойдет в таком случае? Даже думать об этом – ужасный грех…

Кэтрин посмотрела на младенца, сладко посапывавшего под боком у Брайса. С появлением этого малыша жизнь ее обрела новый смысл. Способна ли она передать его какой-то незнакомой женщине?

Брайс зацокал языком.

– Что такое? – вздрогнула Кэтрин.

– До сих пор поверить не могу… Ты убила Роберта Фергюсона!

Девушка вздохнула.

– Без Гвен я бы не справилась.

– Она рассказала мне, как все было, Кейт. Кэтрин вновь принялась мерить шагами комнату. Ее по-прежнему одолевало беспокойство. Если Эдрик… Нет, когда Эдрик вернется в замок, сможет ли она стать его любовницей? Каждая клеточка ее тела жаждала этого, но девушка прекрасно понимала: негоже отдаваться мужчине, который не является твоим мужем. Даже если она любит его.

– Дай мне посмотреть нож, – попросил Брайс.

– Нож? – Кэтрин нащупала на ноге подвязку и кинжал. Затем отвернулась и залезла под юбку. Осторожно вытащив оружие, она протянула его Брайсу, стараясь не смотреть на лезвие.

– Ты спасла Эйдана, Кейт. Ты хоть понимаешь, что стала героиней Бракстона?

– Лорд Брайс, я просто исполняла свой долг… Он покачал головой:

– Нет-нет, ты ошибаешься. Поверь, Эдрик щедро вознаградит тебя. И лично проводит в Эвешем-Бридж, если ты действительно этого захочешь.

Кэтрин уже не знала, чего хочет. Она отвернулась и снова подошла к окну. Никаких перемен. Дым по-прежнему висел стеной, закрывая от нее поле боя. Тут раздался стук в дверь, и девушка вздрогнула от неожиданности. Сердце ее сжалось от дурных предчувствий. А вдруг Освин пришел отчитать ее за самоуправство?

– Это Кэдмон и Модиг, милорд! – крикнул стражник.

– Можешь открыть, – ответил Брайс. – Кэдмон – один из наших конюхов, – пояснил он, повернувшись к Кэтрин.

За порогом рядом со стражником стояли двое юношей.

– Лорд Эдрик прислал нас за телом Роберта Фергюсона, – сообщили они девушке. – Говорят, вы знаете, где оно находится.

– Да. В детской.

У юнцов глаза на лоб полезли.

– Сами дорогу найдете? – спросила Кэтрин. Парни дружно помотали головами.

– Брат собирается выставить его на всеобщее обозрение? – поинтересовался Брайс.