При падении Эльф ослабил свою медвежью хватку, и Стив, оказавшись сверху, мог свободно вздохнуть. Он схватил противника за уши и сильно стукнул головой о деревянный пол. «Услуга за услугу», — ворчал он, продолжая свои упражнения, пока великан не закатил глаза.

 — Мне кажется, ты уже можешь перестать, — сказал Кайл, засовывая пистолет в кобуру.

 Касс, шатаясь, подошла к ним и бросила револьвер Мэтьюза на софу. Техасец подскочил к ней и начал разрезать веревки.

 — Касс, о. Касс, с тобой все в порядке? — хрипло спросил он, приподнимая ее подбородок и заглядывая ей в лицо.

 — Со мной все в прекрасно, — неуверенно сказал она, кашляя от дыма.

 — У меня нет слов насчет этого подонка. Кайл перевернул ногой тело Кларка Мэтьюза, чтобы она не видела раны у него на шее. Кэсс уткнулась лицом в грудь мужа, а тот осторожно придерживая ее, повернулся к Ханникату.

 — Здесь был еще третий…

 — Больше нет, — усмехнулся Кайл. Он вошел в неподходящее время, когда я разжигал костер.

 Дым все прибывал, запылала уже вся задняя часть дома.

 — Пойдем отсюда!

 Они бросились к двери, оставляя Кларка Мэтьюза и его прихвостней в их погребальном костре.

 — Что, черт подери, ты наделал? — задыхаясь, спросил Стив.

 — Полил сухую солому топленым салом и поджег. А потом засунул в дымоход на кухне.

 Едва они подошли к выходу, как потолок в столовой начал оседать, быстро поддаваясь напору огня, который уже уничтожил гостиную с ее ужасным содержимым.

 Оставшиеся в живых стояли во дворе, вдыхая чистый утренний воздух и глядя, как на востоке уже начал светиться горизонт.

 Заехав к Блэки, чтобы сообщить ему об успехе операции, Кайл вернулся в свою гостиницу. Техасец заявил, что два бессонных дня дают его телу право на несколько часов отдыха.

 Стив и Кэсс, грязные, перепачканные сажей и очень усталые поехали домой под крылышко Веры Ли. Даже после ванны Кэсс не хотелось есть, но повариха осталась непреклонной, говоря, что она все еще слишком тощая. Они со Стивом поели немного свежей клубники, вареной фарели с тостом и маслом, а потом устало пошли наверх, чтобы проспать целые сутки.

 Кэсс открыла глаза и взглянула на своего мужа.

 Он лежал, оперевшись на одну руку, а другой обнимал за талию и с любовью смотрел на нее.

 Он убрал с подушки ее локон и поднес его к своим губам.

 — Когда я увидел этот твой локон в конверте…

 Он замолчал и, прижавшись к ней, спрятал лицо в ее волосах. Кэсс погладила его по спине, шепча:

 — Я так боялась, что он убьет тебя и Кайла, я знала, что ты придешь. Он сказал, что это он прислал за тобой шерифа, Стив.

 Он нежно поцеловал ее глаза.

 — Знаю, Кэсс. Я теперь все знаю. Но мне надо было доверять тебе, надо было знать, что ты не могла предать меня. И мне надо было приехать сразу, когда с меня сняли обвинение. Может, я смог бы остановить ту женщину. Касс, все это по моей вине.

 Она грустно покачала головой.

 — Нет, ты не мог этого знать. Никто из нас не подозревал Бетти Уэйд и Кларка. Он убил нашего ребенка, Стив. Он послал ее отравить меня, — ее душили слезы.

 — Не плачь, все позади. Он не сможет больше причинить тебе зла. Никто не сможет.

 — Я гак хотела ребенка. Я потеряла тебя, и он был всем, что осталось. Тогда я поняла, что бизнес для меня не имел значения, только ты и я, наша семья.