- Знаешь, вот ради интереса, изложи для начала версию для печати!

- О, это очень древняя история! – Нас догнал профессор и принялся вещать голосом профессионального рассказчика. - Город погрузился в пляску святого Витта!

Эта история произошла в далеком четырнадцатом веке, во время страшнейшей эпидемии чумы. Тогда Европа обезлюдила. Болезнь убила каждого третьего. За чумой шли глад и война. Пшеница сгнила на полях, а засеять их было не кому. Отчаявшиеся люди выходили на дорого и сбивались в банды. Обезумев от горя и отчаяния, короли шли друг на друга войной в бессмысленном бешенстве.

Вот в те благодатные времена на мир и снизошла пляска...

Когда горе переполняло сердца людские, когда разум трескался под грузом картины воплощенной смерти, когда матери хоронили своих детей, а дети от голода пожирали тела матерей что-то в мире неуловимо менялось. Звучала прекрасная музыка, прекраснее которой люди не слышали. Ноги сами пускались в пляс. Танец освобождал сердце от муки, карнавал захлестывал города словно потоки летнего дождя, унося с собой горе, крыс и блох, как легендарный Гаммельский крысолов.

Люди смеялись, плясали и радовались, ни смотря ни на что. Танец становился все исступлённые. И вот уже сердца людские разрывались на части в попытках протолкнуть загустевшую кровь по вздутым венам. Но и это не останавливало пляску сразу. Живые кружились в хороводе с мертвецами, и лишь с рассветом на землю падали остывшие тела…

Тогда-то мир узнал о пляске. Узнал не сразу, эта прекрасная убийца, что пряталась в тени великой Чумы, ее верная спутница, неуловимая и прекрасная, редко оставляла свидетелей. Даже века спустя ученые не могут дать ответ на этот вопрос, что ж это было? Что заставляло выживших радостно бежать в след за мертвецами? Были выдвинуты сотни версий, целый ряд болезней претендовали на роль той самой «Пляски», но правды мы так и не узнаем, слишком глубоко она оказалась погребена под песками времени перемешанными с высохшими костями…

И вот две недели назад, словно привлеченная безудержным веселием карнавала, эта пляска снизошла на землю. Она пронеслась по городу незримой волной и город утонул в кровавом веселье.

Ведь мир реальный был слишком хрупким для настоящей силы этого благословенного проклятия. А вот мир что нас окружает, не прогнулся, не пошел трещинами, и не отшатнулся. И даже камни пустились в пляс. И когда танец завершился все танцующие вцепились друг другу в глотки, ведь танец так и не убил их, но жеание смерти никуда не делось…

Я заглянул в расширенные глаза профессора. Челюсть моего соратника была напряжена и зубы едва слышно скрежетали друг о друга. Я на автомате вытащил из инвентаря флягу с водой и заботливо поднёс ее к губам карлика. Тот сделал несколько больших глотков, прополоскал рот и с благодарностью кивнул.

Отойдя на пару шагов включил одно из освоенных заклинаний школы разума, транслируя в окружающее пространство техно музыку. Помимо профессора пританцовывать начали Венсер с Элспер и Дуболом с Огурцом. На них печальными глазами смотрел Луи.

- А ты чего такой грустный? Не поделились?

В этот момент наши сораники пустили флягу с водой по кругу.

- Они магической природы. – Вздохнул травмированный хаосом жрец. – Будешь?

Я смотрел на балетки наркотика и в олове звучала фраза из старого фильма:

«Почему нет?»

Я проглотил светящуюся таблетку, запивая ее водой из фляги.

С завистью взглянул на обдолбанных спутников.

- Так, Морген… - Воин наблюдал всю картину с таблетками, не проронив ни звука. Лицо его выражало смирение. – Версию для печати я услышал, а что было на самом деле?

Мой друг внимательно посмотрел на меня, и сделал очень уставшее лицо.

- Неее… Ну, серьезно? Да ты глумишься…

Молчание и еще более уставшее лицо.