— Ты ей изменяешь?

— Да пока нет, как-то не до этого было.

— Вот из-за измены твоего отца и ушла из жизни твоя мама, ты был генетически закодирован изменять жене, потом ты потерял жену и детей. Пересмотри свою жизнь. Можно жить не так, как твой отец жил, и не так, как живут другие мужчины, можно жить и быть при этом счастливым. Тебе жизнь сделала такой подарок. Можно сказать, ты родился заново. Я хочу, чтобы ты принял это все сердцем. Это еще только начало нашего с тобой разговора, приходи-ка ты ко мне через недельку. Тебе много надо с чем работать. Помогу я тебе стать счастливым и к прошлому не возвращаться. Ты не думай, что очень легко свой генокод переписать, тебе работать над этим придется, но я в тебя верю.

Николай подошел к Клавдии, обнял ее и произнес:

— Не волнуйся, Клавушка. Я вижу, на тебе лица нет. Я очень люблю тебя и Ванечку. Все у нас с тобой будет хорошо. Ты мне еще деток нарожаешь, видишь, как легко у тебя это получается. Будем мы с тобой жить долго и счастливо. Я тебя и детей теперь не потеряю никогда.

Клавочка приникла к Николаю и зарыдала, так боялась она, что когда Николай узнает правду, так откажется от нее.

— Видишь, Клавдия, ты сделала правильный выбор и получила самый большой приз в своей жизни. Все как я тебе и обещала.

К Аллочке подошел отец, его всего трясло.

— Баба Алла, сделай что-нибудь, не могу я больше видеть, как моя Настена страдает.

— Всякая женщина имеет свои роды. Есть боль или нет боли — это не от нас с тобой зависит, значит, должна она через это пройти.

— Вон у Клавки и боли не было.

— Вася, перестаньте ей завидовать. Она получила то, что заслужила и твоя жена получает то, что должна получить.

— Но разве это справедливо?

— Вася, мудрость для человека, глупость для Бога.

— Значит, если я правильно понял, мы с ней заслужили такое страдание. Ну ладно я, много в чем виноват, а Настена, она же святая.

— Богу ведомо другое, значит не совсем святая, а имеет в своей душе что-то такое, за что урок этот и получает.

И баба Алла выразительно посмотрела на Маринку. А Маринка обмерла:

— И это бабе Алле известно.

— А теперь, вы все отсюда уйдете. Я с Настеной и Клавдией останусь, от тебя, Вася, все равно толку нет. Только Настя из-за тебя волнуется больше. Вот Клавдия пусть лежит, а ты Вася, забирай девчонок, и с Матвеичем идите к Николаю. И пока я за вами не приду, там сидите. Коля, ты жену завтра заберешь, ей сегодня лучше с кровати не вставать.

А у Николая отец устроил им «веселый вечер». Он носился по хате, никого не хотел слушать, потом не выдержал, оделся и побежал к дому Матвеича.

— Лучше я там, возле дома постою.

Вся компания кое-как устроилась на ночлег. Счастливый Николай сразу уснул. Девчонки долго возились на печке, пока дед на них не прикрикнул:

— Спитя, балаболки, каникулы кончиляси, а завтра ни свет, ни заря вам в школу.

Настя родила только под утро. Маринка с Матреной только собрались в школу, как прибежал счастливый отец.

— Маринка, у тебя сестричка родилась, батя, а тебя поздравляю еще с одной внучкой.

— Вот и славно, счастье энто, сынок, большое счастье, — ответил Матвеич.

Маринка и Матрена еле дождались конца занятий: во-первых, учиться после каникул не хотелось, а во-вторых, страсть как хотелось взглянуть на девочку. Это же не просто девочка, Маринка помнила, чья она дочка и она еще и Хранитель.

— А вдруг у нее будет маленький хвостик?

— А ты что, видела у Насти хвост?

— Нет.

— У отца ребенка его тоже не было.