Она ткнула пальцем в женщину, теперь опять принявшую облик торговки цветами и державшую на коленях большую корзину с букетиками. – Что вы со мной сделали?
– Сделала с вами? – У женщины хватило наглости принять обиженный вид. – Я исполнила ваше желание. – Она занялась своими букетами, перекладывая и без того уже аккуратно разложенные цветы и расправляя ленты.
– Это совсем не то, что я хотела, – сказала Шарлотта. – Чтобы от меня отвернулись друзья, чтобы ко мне приставали на улицах! – Она посмотрела на дом Марлоу, и у нее из глаз едва не хлынули слезы. – Чтобы меня считали простой... грязной...
– Голубкой? – подсказала Куинс, протягивая ей старый носовой платок. – Дело в том, что ваше желание было весьма неопределенным. Вы просили любви, и вы ее получили.
– Я не такая женщина. – Шарлотта провела руками от верхушки кокетливой шляпы к низкому вырезу лифа платья и дальше к модно расшитой юбке.
– Конечно, такая! – Подняв голову, Куинс обозревала дело своих рук.
– У меня нет средств для подобной жизни. – Шарлотта наклонилась вперед. – Ну, Арбакл хочет рисовать меня... хм, полагаю, чтобы я... то есть я не думаю...
– Голой. – Куинс воздела глаза к небу. – Моя дорогая, если вы не можете даже произнести это, вы окажетесь в крайне затруднительном положении.
– И я говорю то же самое! – воскликнула Шарлотта. – Я не могу позировать... Я имею в виду... – Она так и не смогла произнести этого слова. – В таком виде, – наконец подобрала она выражение. Обнаженной. Открытой для всего мира. Это очень напоминало ей то, как она чувствовала себя этим утром, когда смотрела на лорда Трента, без всякого стеснения расхаживающего по комнате... – Думаю, вы совершили ошибку. Я не из таких женщин.
– Вы определенно не та Шарлотта, которой были, – пощелкала языком Куинс, – а Лотти Таунсенд не считает эти ситуации неприемлемыми.
– Я не Лотти Таунсенд, – медленно и выразительно провозгласила Шарлотта. – И я не имею ничего общего с этим существом.
– Нет, вы не правы, – возразила женщина и, продолжая перебирать цветы, вытащила анютины глазки и бутон розы. – Моя дорогая, люди – такие сложные создания. Многогранные, расколотые, их характеры даже трудно описать. Мы все обладаем различными возможностями, присущими только нам чертами, которые по каким-то причинам никогда не анализируем. Общество, наш выбор и, я бы сказала, откровенная трусость удерживают нас оттого, чтобы полнокровно прожить свои жизни. Шарлотта Уилмонт и Лотти Таунсенд – это разные стороны вашей личности. Вы не говорите и не делаете ничего, что не соответствует вам самой.
– Но я ничего этого не помню. – Шарлотта обвела руками лежавший перед ними пейзаж. – Я никогда не была замужем. – Она помолчала немного, а потом, понизив голос, спросила: – Не была, ведь это так?
– Не были, – кивнула Куинс. – Финелла придумала басню о вашем романе на борту корабля с одним из офицеров адмирала Нельсона, когда вы оба были в Италии. История гласит, что он умер в Каире, и вы безмерно горевали по нему. Трагическая история, но его имя создало атмосферу уважения к вашему положению.
– Я была в Италии?
– О да, – усмехнувшись, кивнула старуха. – Во время перемирия Финелла повезла вас в Париж, а потом в Италию. Чтобы перед началом своей карьеры вы приобрели некий лоск. С ее стороны это был замечательный поступок. И только взгляните на себя, до чего вы хороши!
– Но не только я – все стало другим. – Глубоко вздохнув, Шарлотта покачала головой. – Вот кузина Финелла. |