Когда он поднял оружие, сородичи сделали то же. Семь тысяч четыреста пятьдесят девять Т'лан Имассов. "Новая битва, старая война. Война, в которой мы не проигрывали, но не знали, как победить".

  Сотрясший тяжелые тучи за его спиной гром заставил Т'лан Имасса пошатнуться. Резко повернувшись, Онос Т'оолан увидел каменный меч - имасский меч. Он опускался, как будто его держала рука одного из Нефритовых Чужаков, непостижимо громадный, и рассекал смутную зверовидную форму. Существо пошатнулось. Два алых янтаря - глаза - внезапно засияли, будто налились кровью.

  Прозвучал рев, заполнив воздух такой яростью и такой болью, что армия Т'лан Имассов отступила на шаг. Потом еще на шаг.

  "Предсмертный крик бога".

  И небеса взорвались.

  Онос Т'оолан видел волны крови, падающие на землю. Смотрел, как багряные полотнища катились по полям, катились все ближе - а потом, когда раздался новый рев, ливень обрушился на Т'лан Имассов, заставляя встать на колени.

  Склонивший голову под потопом Онос вздохнул. Раз. Еще. Глаза его медленно расширялись.

  Сухая кожа на руках и ногах размягчалась, растягивалась. Нарастали мышцы.

  Еще один ужасный всхлип, вдох, боль в легких.

  Сородичи вдруг разразились криками. Потрясение. Восторг.

  "Мы обновились. Мы возрождены кровью сраженного бога".

  Потом он поднял глаза и увидел быстро приближающиеся ряды солдат Колансе.

  "Но... очень не вовремя".

  Кровь сраженного бога лилась с неба. Потоками, каскадами. Тучи были порваны, скомканы. Воздух полнился страшным свистом густых капель, падающих с тяжестью расплавленного свинца. Сражавшиеся на высшем ярусе перешейка армии падали под напором. Широкий ледник, упрямо ползший к вершине Шпиля, стал казаться багровой рекой.

  Склоняясь под нежданной атакой, сестра Почтенная шагала к алтарному камню. Сквозь карминовую дымку было видно сердце Увечного Бога - уже не иссохшая узловатая вещь, а пульсирующий, полный жизни орган.

  Однако колдовские цепи по-прежнему удерживали его на алтаре.

  "Это... ничего не меняет. Мой солдаты продержатся. Их души еще у меня в руках. Цепи их павших товарищей, души сраженных - все питает мою силу. У подножия лестницы они встанут стеной плоти. Я же возьму неожиданную силу, приму дар. Я напитаюсь кровью во имя Аграст Корвалайна".

  Она добрела до алтаря, с трудом выпрямилась и подняла лицо к небу, ощущая горячую кровь. Засмеялась, открывая рот.

  "Омолоди меня. Избавь от согбенного тела. Пусть снаружи я стану так же прекрасна, как внутри. Кровь бога! Смотрите, как глубоко я пью!"

  Было так, словно небесам нанесли смертельную рану. Келиз кричала в шоке и ужасе, когда потоп обрушился на землю - со всех сторон, глотая окрестности, унося целый мир. Кровь - на лице, на руках - казалась огнем, но не обжигала. Она увидела, как тяжелые капли падают на безжизненную почву - и земля чернеет, потоки грязи текут по склонам.

  Она едва смогла выдохнуть: - Ганф Мач! Что... что же будет?

  - Дестриант. У меня нет ответа. Бессмертный ритуал распутал узлы. Древние силы тают... растворяются. Но что всё это значит? Что разрешилось? Никто не сможет сказать. Бог умер, Дестриант, и смерть его горчит на языке, полнит меня тоской.

  Келиз видела, что К'чайн Че'малле смутились лишь на миг, снова начав атаку на верхние укрепления Колансе. Видела, как защитники встают навстречу Солдатам Ве'Гат.